Guns.ru Talks
  Катастрофы и выживание в кризисных ситуациях
  Хроника путешествия. ( 1 )
тема закрыта

вход | зарегистрироваться | поиск | реклама | картинки | кто здесь | ссылки | календарь | поиск оружия, магазинов | фотоконкурсы | Аукцион
  всего страниц: 4 :  1  2  3  4 
  следующая тема | предыдущая тема
Автор Тема:   Хроника путешествия.    (просмотров: 2574)
 версия для печати
FieryFly
posted 12-10-2010 12:56    
Случилось так, что воспользовавшись предложением моего хорошего знакомого я, несколько лет назад, пошел работать в некую международную организацию экологической направленности. Работа эта напрямую связана с поездками по территории России и стран бывшего СССР. Одна из приятных сторон этой работы в том, что я имею возможность сам выбирать место, куда мне в следующий раз ехать. Главное - обосновать смысл поездки. В прошлом году я подал запрос на пездку в Австралию и <случилось чудо>. Разрешение было получено. И поездка состоялась. Увы, я не умею писать, что называется, по горячим следам. Должно пройти время, материал дожжен <перебродить> у меня в голове.
Перед вами - попытка облечь в более-менее литературную форму отчет о моем путешествии.
Сразу хочу предупредить - никакого <выживания> в этой поездке не было. Просто она проходила по малонаселенным и труднодоступным районам Центральной и Восточной Австралии. Заранее прошу прощения за то, что выкладывать текст буду поэтапно.

I
Звуки фанфар из из Thus Spake Zarathustra выдирают меня из объятий сна. Сам, конечно, виноват. Но что поделать:? Нравится мне музыка Штрауса - и все тут! Но как мелодия для будильника: Особенно, после шестичасового рейда по лесным дорогам. Нашариваю в недрах спальника мобильник и выдавливаю из себя хриплое и вялое <Да?>
- Привет! Ты где?
Более идиотского вопроса по мобильному, наверное, просто не существует. Кому-то другому я , даже спросонья, развернуто объяснил бы где я, что я делаю в шесть часов утра и куда нужно идти тому, кто задает такие вопрос. Но не в данном случае. Звонит шеф.
Объясняю где я, слегка скомкано рассказываю о результатах поездки и, за одно, потихоньку просыпаюсь. Наконец до меня доходит, что подобные звонки совсем не в духе шефа.
- А что случилось-то?
- Ничего не случилось. Твою заявку на поездку в Австралию подписали вчера. Я тебе звонил раз пять, но ты недоступен был. Решил с утра позвонить.
Последние остатки сна выветриваются мгновенно. Ну, еще бы! Третий год пишу заявки - и все никак. То денег нет, то еще что-нибудь. И вдруг поездку разрешили! Причем, после того, как утвердили все планы на это лето. Есть от чего обалдеть. Что я, собственно, и делаю. Молчу в трубку.
- Ну, что молчишь?
- А что сказать? И что мне теперь делать?
- Ну что делать? Разворачивай колеса. Завтра утром нужно быть в Москве. Начинай оформлять документы, собирайся. На все - про все у тебя дней десять - не больше. Билетами и визой мы сегодня займемся.
- А кто приглашает.
- Да как ты и хотел - университет Ньюкасла. Так что связывайся с ними. Ну, пока! Приедешь в Москву - позвони. Пока!
Вылезаю из спальника. Пока еще не могу придти в себя от новости. Одеваюсь, вылезаю из палатки, ставлю на горелку кружку с водой для кофе. По утрам я - тормоз. Пока не выпью кофе - соображать не начну. Пока закипает вода - вяло умываюсь, вытаскиваю из палатки спальник и раскладываю его на капоте. Вода закипела. Завариваю кофе и, поглощая первую порцию напитка, постепенно осознаю произошедшее. <Шлёп твою майку! Я еду в Австралию!!!>
Десять дней беготни <по инстанциям> пролетают мгновенно. Чувствую себя так, как будто все эти десять дней таскал на себе воду и дрова. Причем, таскал в гору.
Самый неприятный момент - визит к сыну в лагерь. Как объяснить десятилетнему <узнику просвещения>, что все наши с ним планы на лето пошли прахом? Что папа <сваливает> в очередное <вкусное> место без него. Он, конечно, понимает, что я не могу взять его с собой, но, по-моему, начинает меня <тихо ненавидеть> за подобные штучки. Все мои обещания по поводу подарков из Австралии и писем он выслушивает, соглашается, но я понимаю, что сказать он хочет только одно: <Я хочу с тобой!>. Осадок после разговора с сыном - тяжелый и неприятный. Возвращаюсь в Москву к сборам.
Виза получена мгновенно. Есть, все-таки, некая прелесть в работе на международную организацию. Отношение совсем другое. Вроде гражданин России, но вроде и не совсем. Противно, конечно, но грех не воспользоваться. Билет тоже в кармане. Из Москвы - через Дубай в Сидней. Хотел лететь <Аэрофлотом> через Токио, но с этого года сотрудникам фонда предписано не пользоваться услугами <Аэрофлота> на международных рейсах. Какие-то у них нестыковки между собой. Что-то связанное со страховками и перевозкой грузов. Ну, да мне, честно говоря, без разницы. Через Дубай - так через Дубай.
При сборе вещей приходиться учитывать, что лечу я из лета в зиму. Зима, конечно, не наша, Российская, но зима, все-таки. А если учесть то, что большая часть моего маршрута будет проходить по центру Австралии - собираться приходится всерьез. Если вкратце, то маршрут запланирован такой: из Сиднея на машине до Порт-Огаста. Дальше, по автостраде Стюарта до Дарвина, через Кубер-Педи и Алис-Спригс. А обратно - Вдоль Большого Водораздельного хребта в Сидней. В общем и целом получается: получается: получается? Много, в общем получа6ется. Лучше об этом не думать. Заранее страшно становится. Кстати, Австралийские коллеги в ужас пришли от этого маршрута и прозрачно намекнули на страховку. Объяснили, что они не против такого путешествия в духе Стюарта, но брать на себя ответственность не хотят. Их пугает то, что я собираюсь проделать этот маршрут в одиночку.
Можно их понять, но я не катаюсь в компании. Это для меня противоестественно. На свете есть только два живых существа, которых я могу выдержать рядом с собой больше трех дней. На первом месте - мой сын. А на втором - мой барбос. Сын еще мал для такого маршрута. А с барбосом - не получается. Слишком много сложностей и слишком мало времени. В общем - еду один.
Вещей набралось довольно много. Если учесть, что я пересекаю континент с Юга на Север и проеду из зоны умеренного климата, через пустыню в зону, практически, экваториальную, да еще зимой, то это совсем не удивительно. Радует то, что Австралийцы обещали обеспечить меня всем необходимым лагерным оборудованием. Палатка, горелка и т.п. - остаются в Москве. Беру с собой только личные вещи и различную электронику. Получается, как всегда, довольно забавно. То, что я буду, при необходимости, напяливать на себя - продукция <высоких технологий>. Бельишко, термобелье, брюки-куртки, обувь - все это не весит почти ничего - но объем:! А электроника - наоборот. Навигационно-коммуникационный комплекс, КПК, бинокль, фотоаппараты - места занимает минимум, по сравнению со шмотками. Но вес! Постепенно все барахло перекочевывает с пола и дивана в рюкзак. Ну, вот и все! Рюкзак собран и встал на свое законное место у двери в квартиру. Теперь в душ и баиньки. Завтра - старт!


II

Выезжаю в аэропорт с большим запасом. Необходимости в этом особенной нет, но усидеть на месте просто не могу. Это ощущение знакомо любому бродяге. Когда свисток локомотива, рев реактивного двигателя или просто шум проходящих мимо машин вызывает дрожь в коленях, холодок вдоль позвоночника, а дорога <прочь отсюда> кажется самой широкой и заманчивой. Сколько себя помню - со мной всегда так. В подростковом возрасте <умные и солидные> люди обещали мне, что скоро это пройдет. Лет в 20 мне говорили, что стоит мне жениться - и я сразу остепенюсь и поумнею. Когда родился второй сын - сроки были перенесены на зрелость. Теперь, спустя десять лет после его рождения, я не замечаю, чтобы что-то изменилось. В общем, остается уповать на старость. Или на то, что <бродягу могила исправит>. Более того, похоже, что <ген бродяги> передается по наследству. Ибо те же симптомы я наблюдаю у младшего сына. И бороться с ними не собираюсь.
Приехал в аэропорт на час раньше, чем нужно. Пару лет назад болтался бы по зданию как <г..но в проруби>. А сейчас - сижу в кафе, попиваю кофе и при посредстве Wi-Fi и КПК читаю сообщения на любимом форуме. Форум, как всегда, <тупит>, <жрет> посты и тормозит. Объявляют мой рейс. Пора выдвигаться.
Все формальности позади. Некоторое недоумение у таможенников вызвал мой алюминиевый кейс с электроникой. Его я беру с собой в салон. Есть, увы, горький опыт сдачи в багаж ноутбука. Попросили открыть, посмотрели. Поинтересовались, внес ли я все это добро в декларацию. Получив утвердительный ответ, успокоились. Торчу в некоей зоне, которую в отечественных аэропортах принято называть <накопителем>. Не знаю, как ее правильно назвать, но слово <накопитель> вызывает у меня стойкую ассоциацию с унитазом. Вокруг плещется разношерстная толпа пассажиров. Многие с детьми. Все правильно - рейс в Дубай. И большинство из них мечтают поскорее окунуться в воды Персидского залива. Объявляют посадку. Две с половиной сотни пассажиров разом устремляются к выходу. Меня забавляет желание отечественной публики проникнуть в транспорт в первых рядах. Я еще могу понять желание быть первым в гортранспорте или электричеке. Но в самолет или в поезд?
Посадка закончена. Куколка-стюардесса произносит вступительную речь. Разбег, отрыв и мы в воздухе. Ловлю себя на мысли, что только сейчас я окончательно поверил в то, что я лечу в Австралию!
Скажу честно - я боюсь летать. Странно, правда? Я прекрасно понимаю, что летать самолетом намного безопаснее, чем ездить поездом или на машине. Не говоря уже о передвижении пешком. Но, садясь в самолет, я начинаю думать о том, что и среди пилотов встречаются троечники. И что именно такой сидит за штурвалом этого самолета. И что именно перед этим рейсом он поссорился с женой а, может быть, сбежал из дурдома. Кстати, ездить пассажиром в машине я тоже не люблю. Очень уж хочется принять участие в управлении. Ладно! Бред это все! Впереди пять часов полета до Дубая. Можно выспаться.
В Дубае у меня пересадка на рейс до Сиднея. Между рейсами - почти три часа. Довольно гнусно. Для того, чтобы ждать рейса в аэропорту - времени слишком много. Для того, чтобы съездить в город - мало. Жаль. Когда еще сюда попаду. Эмираты совсем вне круга моих интересов. Ездить в отпуск на теплые моря я не люблю, а по работе мне здесь делать нечего. Ну да ладно. Все равно при случае смогу, не покривив душой, говорить: <Что вы нашли в этих Эмиратах? Ну был я там. Ничего особенного>. Впрочем, нет! Особенное, как раз, есть. После часа ожидания рюкзака у ленты транспортера я выясняю, что мой багаж уже отправлен на рейс Дубай - Сидней и жду я зря. Ну чем не нечто особенное. Сервис, блин! Но, некоторое беспокойство все же присутствует. Вспоминается увиденная в какой-то книжке шуточная реклама Люфтганзы: <Наша авиакомпания точно и в срок отправит вас в Лондон, а ваш багаж - в Дар-эс-Салам>. Ну, короче говоря, хотелось бы подержать свой рюкзак в руках. Для спокойствия. Но у стойки авиакомпании Emirates Airline мне объясняют, что багаж транзитных пассажиров во время пересадки с рейса на рейс на руки не выдается. После событий 11 сентября приняты меры для борьбы с террористами. И намекают, что лучше не покидать международную зону аэропорта. Чтобы не подвергаться <шмону> повторно. Ну, это, в общем-то и правильно. Смотрю на дисплей с часами. Они, за одно, показывают и температуру воздуха на улице. Желание выходить из здания аэровокзала пропадает сразу. На улице - +42. Это совсем не для меня. Посижу лучше в ресторане. Тем более, что кормежку в полете я тупо проспал. Можно и перекусить. Кухня, кстати, в ресторане совсем неплохая. Нормальная европейская кухня. Только, естественно, без свинины. И без алкоголя. Алкоголь в эмиратах - под запретом. Не то, чтобы совсем под запретом. Совсем под запретом он для мусульман. А для остальных - пожалуйста. Но, не в общественных местах. А, поскольку, ресторан аэропорта - место общественное, то <фиг вам:>. Говорят, что за появление <под мухой> в общественном месте весьма суровое наказание. Типа битья палками по пяткам и депортации из страны. Не знаю, так это или нет, но на эксперимент я не решился.
Три часа прошли. Почти незаметно. Объявлена посадка в самолет. Публика вокруг уже совершенно другая. Арабы, индийцы, китайцы. Европейцев совсем немного. В бизнес-классе, в котором я лечу до Сиднея, людей мало. Рядом со мной кресло пустое. Кроме меня только один европеец. Офицер в незнакомой форме.
Устраиваюсь поудобнее. В этом кресле мне предстоит провести почти 14 часов. Взлетели. Достаю КПК и погружаюсь в чтение. Появляется стюардесса с тележкой. На тележке - бокалы. На нижней полочке тележки - батарея крохотных бутылочек. Судя по всему, запрет на алкоголь в самолете не действует. Арабы берут себе какую-то цветную водичку, индийцы (судя по всему, индуисты, а не мусульмане) попивают шампанское и вино. Офицер берет себе виски с содовой, а я - любимый джин с тоником. Попиваю прохладный напиток, читаю <Моби Дика>, которого я могу перечитывать бесконечно и, через некоторое время, убаюканный едва слышным гулом турбин, засыпаю. Просыпаюсь от легкого прикосновения к плечу. Надо мной склонилась стюардесса.
- Than I can help you, sir? (чем я могу помочь вам, сэр?).
Я, честно говоря, слегка удивлен. Спал себе и спал. Ничего не просил.
- Thanks. Everything is all right.(Спасибо. Все в порядке.)
- Probably plaid and pillow? (Плед и подушку, может быть?)
- No, thanks. (Нет, спасибо.)
- There can be drinks? (Может быть напитки?)
Да что же ты ко мне привязалась? Такой сервис раздражает меня так же, как и отсутствие такового.
- No, thanks. (Нет, спасибо.)
Стюардесса, мило улыбнувшись, удалятся дальше по проходу. Видимо будить другого бедолагу. Смотрю на часы. Проспал я около часу. Видимо, стюардессам положено обходить пассажиров каждый час. И предлагать всякие жизненные блага. Прикидываю в уме количество этих самых жизненных благ. Наливала она мне грамм пятьдесят джина. Лететь мне тринадцать часов. Итог - больше полулитра джина на одного меня. Этот поединок я явно проиграю. Так что даже не буду пытаться. С этой праведной мыслью снова засыпаю.
В очередной раз проснувшись обнаруживаю, что свет в салоне приглушен. Большинство пассажиров спит. Упрямая стюардесса добилась-таки своего. На пустующем кресле рядом со мной лежат аккуратно сложенные плед и маленькая подушка. А верху - симпатичная сумочка из бумагоподобного пластика с эмблемой Emirates Airline. Плед и подушка мне не нужны - в самолете достаточно тепло. А вот сумочка вызывает мой живейший интерес. Так уж я устроен - не могу спокойно смотреть на одноразовые упаковки. Особенно, если на них есть надписи <стерилизовано>. Так и тянет надругаться над стерильностью, которой меня пытаются окружить. Расстегиваю молнию на сумочке и с любопытством заглядываю внутрь. Так. Прозрачный пакетик с зубной щеткой, кусочком мыла размером с двухрублевую монету и крохотным тюбиком пасты. Очень экономный тюбик - ровно на один раз. Бумажный пакетик с зубочистками. Несколько пакетиков с влажными салфетками, пластиковый веер и пара стелек невнятного, светло-бежевого цвета. Стельки-то зачем? Вытаскиваю их наружу. Оказывается это вовсе не стельки. Это тапочки - щлепанцы. Типа <Снимите обувь, дорогие пассажиры. Пусть ваши нижние конечности отдохнут>. Ну, нет, спасибо! Кроссовки я снимать не буду. Учитывая, что я уже часов десять не снимал обуви, это может быть воспринято как продолжение диверсии в Токийском метро.
Дальше все продолжается в том же режиме. Сон - чтение, чтение - сон. С перерывами на прием пищи и посещение WC.
Каждый раз, просыпаясь, я поглядываю на европейца - офицера. Он явно не собирается упускать возможности бесплатно выпить. Смотрит какие-то фильмы на крохотном экранчике телевизора, вмонтированного в спинку переднего кресла и не выпускает из рук бокал. За час до посадки его вконец одолевает скука. Он оглядывается и, обнаружив что я не сплю, встает и направляется в мою сторону. По мере того, как он приближается, я понимаю, что в поединке алкоголь - офицер последний явно проигрывает. Приблизившись он обращается ко мне с некой фразой. Я в растерянности. То есть, я понимаю что язык - английский. Даже понимаю из фразы несколько слов. <Привет> и <против>. Остальное - непонятно. Чувствую во фразе что-то знакомое, но не могу понять что. Мой Английский не так хорош, как может показаться на первый взгляд. Объясниться худо-бедно я могу. И понять могу многое из того, что мне говорят. Но то, что произносит офицер - выше моего понимания. Прошу его повторить. Он слегка удивлен, но повторяет. Опять та же проблема. Говорит он быстро, языком владеет не совсем твердо. Те же два знакомых слова, жест рукой в сторону свободного кресла и вопросительная интонация позволяют понять, что он хочет присесть рядом со мной. Киваю, и он плюхается в кресло. Далее следует такой диалог. На английском, естественно.
- Американец?
- Нет.
- Немец?
- Нет.
- Поляк?
- Почти.
Такой ответ вызывает у него легкое замешательство. На челе видна напряженная работа мысли.
- Почти поляк? Что это значит?
- Русский.
Совершенно неожиданно для меня он расплывается в улыбке. С пониманием кивает.
- О, да! В Эмиратах сейчас много Русских.
- Я не из Эмиратов. Только лечу оттуда.
Теперь - явное непонимание. Как это не из Эмиратов. А где еще бывают Русские, кроме Эмиратов?
- Из Москвы. Из России.
На лице моего визави - явное недоверие.
- Настоящий Русский? Из России? И куда летишь?
Сильный и глубокий вопрос. Особенно если учесть тот факт, что мы с ним находимся на борту беспосадочного рейса Дубай - Сидней. Пытаюсь объяснить ему, куда я лечу и с какой целью. Но его и мой английский - как русский и суржик. С грехом пополам, призывая на помощь жесты и мимику, объясняемся друг с другом. Общаться таким образом ни ему, ни мне не просто и, спустя некоторое время, он отбывает в направлении своего кресла, на прощание бросив мне <Пока! Увидимся!>. Учитывая то, что из всей нашей беседы я понял, что он живет где-то в пригороде Сиднея , зовут его Рич и служил он в Австралийском контингенте в Ираке, а теперь едет домой - увидится нам будет легко и просто. Что он понял из сказанного мной - не знаю. Но, судя по тому, что мой рассказ вызвал у него ничтожное количество эмоций - понял он немного. Ну, да и ладно!
До Сиднея осталось совсем чуть-чуть. Жалко, что прилетаем ночью. Так хотелось бы посмотреть на город сверху.


III

Прохожу пограничный и таможенный контроль. На вопрос: <С какой целью вы прибыли на территорию Австралии> отвечаю с умным видом и надутыми щеками - <Деловая поездка>. Но даме за стойкой этого не достаточно. Приходится объяснять подробно. Удивление в ее глазах неподдельное. Удивление и непонимание. Как это - путешествие по Центральной Австралии? Там же только пустыня. Удается, все-таки, убедить ее в том, что именно пустыня меня и интересует. Далее - таможня. <Имеете ли что-нибудь предъявить>? Нет, не имею. Указующий перст чиновника тычет в объявление. Категорически запрещено ввозить на территорию Австралии сельхоз продукцию. Штраф такой, что с трудом верится, что это написано всерьез. Но, тем не менее - это так. У меня с сельхоз продукцией все в порядке. В смысле, ее у меня нет. Дежурная улыбка чиновника. Все в порядке - и я покидаю здание терминала!
Языковый барьер с таксистом преодолевается довольно легко. Он - индиец. Английский что для него, что для меня - не родной. Основная сложность - убедить его поехать туда, куда мне надо. А надо мне в Нарару. Официально Нарара - пригород Сиднея. А фактически - ехать туда почти полтора часа. Ехать на такое расстояние таксист не хочет. И тут он в своем праве. Обязан он ехать всего на пять километров. Если дальше - только по его согласию. Выход из ситуации, впрочем, находится довольно быстро. Он отвозит меня на станцию пригородных поездов, откуда я запросто доеду в Нарару. Может возникнуть законный вопрос - зачем мне в Нарару. Раскрою секрет. Мое желание поехать в Австралию имело не только познавательный, но и вполне шкурный интерес. У меня в Австралии живет сестра. Вот уже почти 15 лет живет. Как раз в Нараре. И работает в том самом университете Ньюкасла, который мне предоставил грант на поездку. Так что все довольно прозрачно.
Сажусь в поезд. Так и подмывает сравнить австралийский пригородный поезд с Подмосковной электричкой. Это будет слишком банально. Поезд, как поезд. Хороший поезд, удобный. Только ехать долго. Пока еду через город и пригород - успеваю посмотреть в окно на подсвеченные красоты Сиднея. Хотя особенных красот пока не вижу. Застройка, в основном, малоэтажная, как, впрочем, в большинстве стран Британского содружества. Аккуратные домики в один - два этажа. Кое-где торчат многоэтажки. Но, судя по рассказам сестры, это или офисные здания или жилые, но с безумно дорогими квартирами. Поезд проскакивает пригород и окружающий пейзаж тонет в темноте. Многочасовой перелет дает о себе знать - под мерное покачивание поезда засыпаю.
Просыпаюсь, видимо, от того, что поезд замедляет ход. Вагон пустой, никого, кроме меня. Что, собственно говоря, не удивительно. Время - около двух часов ночи по местному времени. Хватаю барахло и выскакиваю на платформу. Она построена в виде горизонтальной трубы из металлического каркаса и полупрозрачного пластика.
За время моей поездки от аэропорта до Нарары на улице ощутимо похолодало. Все, в общем, справедливо. В Австралии сейчас - зима. В данный момент температура +9 градусов. А что более существенно - холодный и резкий ветер. Выхожу с платформы и начинаю процесс извлечения из рюкзака куртки. Желания вываливать содержимое на тротуар у меня нет и, по этому, процесс извлечения становится задачей нетривиальной. Это к тому, что думать надо не только над тем, что в рюкзак укладывать, но и о том, как укладывать. В голову сразу приходит пословица про того самого мужика, который задним умом крепок. Куртку ищу в рюкзаке практически на ощупь. Куртка - флисовая, Брюки - флисовые. Жилетка - флисовая. Определить на ощупь, что я сейчас держу в руке - угадайка. За пять минут перебрал, похоже, все содержимое рюкзака. Причем, стоя на холодном ветру в рубашке. Наконец куртка извлечена. Напяливаю ее на себя и сразу становится тепло. Спасибо <Баску> за костюм из ткани <ВиндБлок>! Не стоит думать, что весь этот процесс происходит на пустынной улице при отсутствии освещения. Вовсе нет. <Ночная жизнь> вполне имеет место. И освещение тоже нормальное. Идущие мимо люди смотрят на меня с сочувствием и пониманием. Зимой, на юге Австралии человек одетый в рубашку и джинсы - явление столь же уникальное, как и в Москве.
Из Сиднея звонил сестре. Меня обещали встретить на станции. Ждать приходится недолго - всего минут десять. На противоположной стороне улицы останавливается <Холден> и из него вылезает муж сестры. С ним мы не виделись почти пять лет. Они с сестрицей уехали в Австралию сразу после окончания биофака МГУ. Раньше они приезжали в Москву каждый год. Теперь у них - трое детей. Такие вояжи им не по карману. Садимся в машину и катимся по ночной Нараре. Ехать недалеко, всего минут пятнадцать. Успеваю рассмотреть в окно немного. Все те же самые одно и двухэтажные домики с лужайками перед фасадом. Никаких заборов. Все на виду.
Приехали. Наконец увидел их дом, что называется, в живую. Одноэтажный кирпичный дом, с большими окнами, стандартной лужайкой перед входом, парковкой для двух машин. Все до боли знакомо по американским фильмам. Время позднее, если не сказать больше. По этому ограничиваемся быстрым осмотром дома. В доме три спальни, одна, довольно большая, гостиная и кухня. И огромная, размером с весь остальной дом, крытая веранда на обратной стороне дома. Быстренько ужинаем и укладываемся спать. Я совершенно сонный. Еще бы - столько часовых поясов сменил. Хочется спать безумно. В самолете и поезде совсем не выспался. Сестре и зятю - завтра на службу, детям в школу. Так что спать, спать, спать.
Просыпаюсь от ощущения, что кто-то на меня смотрит. Открываю глаза. Рядом с диваном сидят два моих племянника. В реале я их никогда не видел - они родились в Австралии и в России никогда не были. Общались мы только при посредстве Скайпа. Старшему десять лет, младшему восемь. Спать еще хочется, но фокус с тем, чтобы притвориться спящим не проходит. Естественно они заметили, что я открыл глаза и на меня обрушивается гибрид водопада с ураганом. Деваться мне некуда. Вылезаю из-под одеяла и начинаю раздачу подарков. Появляется из своей комнаты их старшая сестра а, соответственно, моя племянница. Ей уже пятнадцать лет, но радуется подаркам она совсем по-детски.
Наконец, разбуженные гвалтом в гостиной, появляются не выспавшиеся родители. Стандартная утренняя возня, водные процедуры, завтрак и, вся семья разъезжается. Парни на школьном автобусе в школу, племянница - в колледж, зять на работу, а мы с сестрицей - в университет. Зять работает в Сиднее. Я в шоке! Три часа в день на дорогу! Оказывается, что найти нормальную работу с приличной зарплатой ничуть не проще, чем в России. А им выплачивать кредит за дом. Вот он и мотается в Сидней.
По дороге в Ньюкасл, в университет, обсуждаем с сестрицей семейные проблемы, новости из Москвы. Ей очень интересно все, что происходит в России. Очень забавно слушать ее комментарии на тему Российской жизни. Она постоянно пытается сравнивать Россию и Австралию. Она говорит совершенно правильные вещи. Но она не понимает и не знает Российской действительности. Отвыкла за пятнадцать лет. И по этому ее рассуждения на тему <Кто виноват и что делать?> кажутся мне милым невинным бредом. Говорю ей об этом. Вместе смеемся. Но, мне кажется, ей совсем не весело. Да и мне, честно говоря, тоже. Наверное, именно в этом и проявляется ностальгия. Не в тоске по <березкам>, а в том, что перестаешь понимать происходящее в родной стране.
Дорога идет вдоль берега океана. Пытаюсь сообразить, что мне это напоминает. Наконец понимаю. Пожалуй, берег балтийского моря где-нибудь в Латвии. Действительно, очень похоже. Разве что растительность другая. Но из окна машины это совсем не бросается в глаза. Наверное летом здесь все по другому. Более ярко и красочно. На самом деле городки, через которые мы проезжаем, ничем не отличаются от таких же маленьких городков центральной Европы. Только деревья другие а, вместо голубей - попугаи. Ну и машины, естественно, ездят не по той стороне улицы. К этому мне придется привыкнуть. Сестрица рассказывает о тех местах, мимо которых мы проезжаем. Поскольку она биолог, а, точнее, зоолог - ее рассказы носят несколько однобокий характер. Но, все равно, очень интересно. Иногда в ее рассказ вклиниваются чисто бытовые подробности. Например, указывая мне на съезды с трассы, обозначенные какими-то непонятными указателями, она произносит странное слово <винарня>. Одна <винарня>, вторая <винарня>, пятая, десятая. Я не выдерживаю. Что такое <винарня>? Оказывается это весьма распространенный в Австралии гибрид виноградника, винзавода и магазина. И вина, которые в них производят, чаще всего, нигде больше не купишь. Зря она это сказала. Теперь я буду чувствовать себя обделенным. Я пробовал Австралийские вина. Надо сказать, что они совсем не дурны. Но проехать мимо места, где делают уникальное вино и не попробовать его - для меня аналогично тому, если бы я побывал в Париже и не посмотрел на Эйфелеву башню. Сестра успокаивает меня. Есть, оказывается, некий клуб любителей вина, произведенного в Новом Южном Уэльсе. Они с зятем - члены этого клуба. Членство в клубе дает право получать каждые три месяца по бутылке вина из каждой <винарни>, которую член клуба выберет. Так что дома у них изрядный запас вина и я ничего не потерял.
Вот мы и приехали. Университет Ньюкасла - комплекс двухэтажных белых зданий. Въезжаем на парковку для преподавателей. Сестрица пока не доросла до персонального места на парковке, так что приходится немного покрутиться. Наконец машина припаркована и мы направляемся к главному зданию. Поскольку я приглашен университетом мне необходимо получить различные бумажки, подтверждающие мой статус. Сестрица сдает меня с рук на руки секретарю университета и удаляется. У нее начинаются занятия и мы встретимся через несколько часов на парковке.
Все процедура регистрации меня в университете занимает несколько часов. Следует заметить, что в основном я сидел в креслах и на диванах в приемных разных чиновников. А бегали и собирали подписи, печати и прочую <лабуду> милые девушки - секретарши. Все эти мало приятные и занудные процедуры они делали легко и непринужденно, не переставая улыбаться, и постоянно предлагая мене кофе, чай и т.п. Происходило это все так. Сестра сдала меня на попечение девушки, сидевшей за <ресепшн> на входе. Она вызвала по телефону следующую девушку, которая меня проводила до приемной ректора и передала эстафету секретарю. И так до того момента, когда я покинул здание ректората. Мне достаточно подробно объясняли, куда меня ведут очередной раз, зачем и что я должен там получить. И не их вина, что на втором этапе я перестал следить за событиями и тупо передвигался по зданию. Все документы, которые, по мнению австралийских коллег, я должен был получить, минуя мои руки оседали в тоненьком пластиковом кейсе. И заглянул я в него только тогда, когда, притомившись от постоянного мелькания новых лиц, вышел из здания и уселся на скамейке у парковки, поджидая сестру. От количества бумажек у меня зарябило в глазах. Чего там только не было. Масса пропусков в заповедники и закрытые зоны. Пропуск в университет, пропуск на парковку, карточка на бесплатное питание в столовой университета, кредитная карта, сим-карта для мобильного, флешка с самыми свежими картами Австралии для навигатора, универсальное письмо к представителям власти с просьбой об оказании содействия и , как венец всего этого счастья и великолепия - удостоверение скаут-мастера. Последнее меня изрядно удивило. Вроде, зачем оно мне. Но, как выяснилось, это предмет весьма полезный для путешественника. Организация скаутов имеет по всей Австралии множество выкупленных участков земли. И останавливаться, и становится лагерем на этих землях могут только члены организации. Справедливости ради должен сказать, что из всей этой массы документов я воспользовался в путешествии только несколькими.
Два дня, отведенные на оформление документов, разработку маршрута и его утверждение пролетают почти мгновенно. В моих планах - стартовать из Сиднея, перевалить Большой Водораздельный хребет, вдоль рек Дарлинг и Муррей спуститься к побережью в Порт-Огаста, через Кубер-Педи и Алис-Спрингс, по трассе Стюарта доехать до Дарвина на северном побережье. Обратно возвращаться планирую вдоль восточного побережья Австралии по территории Большого Артезианского бассейна, перевалить через хребет в районе Снежных гор и горы Косцюшко и вернуться в Сидней. По моим прикидкам все путешествие должно занять у меня что-то около месяца. Но, поскольку по пути я буду заезжать в национальные парки, заповедники и закрытые зоны - то месяца полтора. Виза у меня трехмесячная - так что ограничений нет почти никаких. Кроме финансовых.
Продукты на первое время закуплены, включая запас вина и пива. Снаряжение проверено и упаковано. Последний вечер провожу в Нараре, в семье сестры. Все мне завидуют. Так получается, что, живя в Австралии, они не видели и десятой части страны. Все их передвижения ограничиваются восточным побережьем от Мельбурна до Брисбена. В основном проблема в финансах. Но и расстояние тоже роль свою играют. Только теперь я до конца осознаю грандиозность задачи, которую я перед собой поставил. До этого вся моя затея представлялась мне, если уж не легкой, то и не очень сложной прогулкой. Теперь я понимаю, на что я замахнулся. Я собираюсь пересечь континент! Пусть и самый маленький но, все-таки, континент. От этой мысли становится слегка не по себе. Вечер закончен, еда съедена, вино выпито. В доме тихо - все спят. Я ворочаюсь на диване в гостиной и не могу заснуть. Завтра, вместе с зятем, еду в Сидней. Там ждет арендованная машина.

IV

В шесть часов утра отъезжаем с зятем от дома. Ночью резко похолодало. Термометр у них на веранде показывает +7 градусов. Машина за ночь остыла и мы с ним с нетерпением ждем, когда салон нагреется. Для него это процесс привычный. А у меня - ломка стереотипов. Ведь я нахожусь в Южном полушарии. Здесь должно быть тепло! Здесь должны круглый год цвести цветы и порхать экзотические птицы. Последних, впрочем, достаточно. Просто за несколько дней я к ним привык и престал замечать.
Едем молча. И я, и зять сонные. Вчера вечером поздно засиделись и, соответственно, не выспались. Сестра и зять, зная мою любовь ко всяким морепродуктам, решили устроить прощальный вечер с барбекю. Просто праздник желудка. Кальмары, тигровые креветки, мидии. Все на гриле, с лимонным соком, топленым Австралийским маслом. Под сухое белое вино. Сидели на веранде за домом. Несмотря на прохладу было очень здорово. В завершении пили кофе и закусывали орехами Макадамия. Тут, собственно, и состоялось мое первое знакомство с фауной Австралии. Во дворе дома у них растет дерево. Так и не узнал, кстати, что это за дерево. Ну, в смысле, как порода называется. Так вот, в самом финале наших посиделок с жестяной крыше веранды доносится топот. Причем не осторожные шаги, а хамский, активный топот. Так, наверное, звучала бы куча теннисных мячиков, если бы их высыпали из корзины на металлический лист. Потом что-то с шумом падает на стоящее рядом с верандой дерево. Я чуть не выплеснул горячий кофе на колени. Смотрю на сестру. Она, разомлевшая от выпитого вина и кофе, поворачивается к мужу и изрекает: <Это Джеф. Принеси банан>. Зять, столь же разомлевший, удаляется в дом и возвращается с бананом. Подходит к ограждению веранды, кладет банан на перила и садится в кресло. Я ничего не понимая, жду продолжения. И тут, по стволу дерева начинает медленно спускаться нечто. И это нечто перепрыгивает на перила веранды. Теперь, когда это попадает в пятно света я понимаю, что это зверь. Сантиметров 35-40 длинной. С длинным хвостом, который, кажется, живет собственной жизнью. С довольно забавной, усатой мордой и здоровенными, выпуклыми, черными глазами. Он обозревает всех сидящих на веранде. Хвост в это время обвивает перила ограждения. На морде - смесь удивления и отвращения. Зверь поворачивается к нам увесистой кормой, свешивает мордочку вниз и смотрит на нас через решетку ограждения. Судя по всему, предполагает, что в ином ракурсе мы будем выглядеть менее омерзительно. Наконец, убедившись в том, что ждать от нас нечего, хватает банан в зубы и степенно удаляется в темноту. Я постепенно прихожу в себя.
- Что это? - спрашиваю у сестры.
- Это Джеф - сонно сообщает она.
- Блин, как жаль, что я ему не успел представиться - мне кажется, что сестрица надо мной издевается
- Я понял, как его зовут. Но кто это?
- Это кускус.
- Хватит острить! Что это за зверь?
- Ну, я и говорю тебе - кускус. Поссум такой.
Вот теперь все становится на свои места. Поссум в Австралии - такой же обычныйи зверь, как в России белка. С той только разницей, что несколько видов поссумов занимают ниши, которые в России занимают мелкие грызуны от мыши до белки. Этот забавный зверь живет где-то рядом с их домом и частенько наведывается за данью. Предпочитает бананы, но не брезгует и овощными очистками. Как сообщает зять, он ни разу не смог его сфотографировать. Зверек органически не переваривает фотоаппараты и мгновенно смывается.
Подъезжаем к Сиднею. На въезде в город движение очень плотное, но пробок, как ни странно, нет. Водители ведут себя на дороге образцово. Так и хочется сравнить с родной столицей в час пик. Но - это табу. Сравнивать не буду.
У меня в руках информационный листок компании, занимающейся сдачей в аренду экспедиционных автомобилей. Машину я заказывал еще в Москве. Через Интернет. Теперь осталось только проверить, все ли так здорово, как обещали мне при заказе.
Находим указанный в листочке адрес. Это на окраине Сиднея. Большой ангар, с вывеской <Forwarding transport. Rent and sale> на фасаде. Но ворота закрыты. Мы прикатили в половине десятого, а контора работает с одиннадцати. Зять не может ждать. Ему к десяти на службу. Выгружаем мое имущество, прощаемся и он уезжает.
Полтора часа слоняюсь у закрытых ворот. Больше всего раздражает неизвестность. Все ли в порядке? Действительно ли мой заказ принят. Наконец подъезжает маленький Сузуки Самурай и из него вылезает человек лет тридцати - тридцати пяти с характерной светло-рыжей шевелюрой коренного осси и носом, при виде которого Буратино бы удавился от зависти. Оценивающе смотрит на меня, потом на мой рюкзак, кейс с аппаратурой, сумку с продуктами и, потерев рукой затылок, изрекает.
- Ко мне?
- Если вы хозяин этого - киваю в сторону запертых ворот - то я к вам.
- Я не хозяин. Хозяин в Мельбурне. Я менеджер.
Далее следует разговор, в ходе которого выясняется, что он не помнит, какие заказы были у него за последние две недели. Необходимо свериться с компьютером. Медленно, с достоинством он открывет калитку в воротах, и кивком приглашает меня заходить. Я затаскиваю в ангар свое имущество и жду, когда он включит свет. В ангаре кромешная тьма. Австралиец удаляется в глубину ангара, щелчок и под потолком одна за другой загораются лампы. Я оглядываюсь. В ангаре пусто. Ничего, кроме огороженной в углу клетушки. Машины нет.
Мужик направляется в клетушку и взмахом руки зовет меня за собой. Иду за ним, уже расстроенный отсутствием машины. В клетушке стол с компьютером, кресло и железный каталожный ящик. Он включает компьютер и вопросительно смотрит на меня.
- Когда заказ оформляли?
- Я не оформлял. Я заказывал через сайт.
- Когда?
Я называю число и кладу перед ним листок - распечатку.
- Так это вы заказывали машину из Москвы.
- Ну да, я заказывал. А что-то не так?
- Ну, вроде того. Мы решили, что это чья-то шутка.
У меня внутри все опускается. Такой облом в самом начале путешествия.
- Ну, и что мне теперь делать.
- Сейчас попробуем что-нибудь сделать. Погуляйте минут десять.
Я выхожу в ангар, а потом на улицу. Настроение - ниже среднего. Начинаю прокручивать в голове возможные варианты. Вариантов - не густо. Аренда экспедиционных джипов в Австралии - задача не из самых легких. В Сиднее я нашел всего две фирмы. Одна из них сообщила мне, что они сдают машины только в краткосрочную аренду. Неделя - не более. И с условием, что я буду удаляться от города не более чем на 500 километров. Осталась только эта. В общем, ситуация безвыходная. Собираюсь звонить в университет. Может они смогут помочь?
Спустя минут пятнадцать рыжий мужик появляется из двери ангара. Я подхожу к нему.
- Ну что? Как с моей машиной?
- Машина есть. Но немного не такая, как вы заказывали.
- В каком смысле - не такая?
- Она немного больше той, что вы заказывали.
Заказывал я ЛендРовер Дискавери 1 в экспедиционной комплектации.
- Так что за машина?
Мужик несколько смущен.
- Если вы не против, давайте проедем в нашу мастерскую. Машина там. Не волнуйтесь - это не далеко.
Выбора у меня нет, и я соглашаюсь. Грузим мое барахло в Самурай и едем. Едем, действительно, недолго. Заезжаем во двор автомастерской где нас ждет еще один типичный осси. Меня приглашают в помещение.
- Вот машина, которую мы вам можем предложить.
Передо мной стоит новенький белоснежный Лед Крузер 100. С кенгуринами и усиленными бамперами, порогами, мощным багажником на крыше и шноркелем. С двумя лебедками и сенд-треками, закрепленными на багажнике. Мечта, а не машина. Действительно, она несколько больше той, что я заказывал. Именно это меня и настораживает.
- Ну, что же, если нет того, что я заказывал - меня устраивает эта.
Оба осси в легком замешательстве.
- Видите ли, эта машина другого класса.
- Это я понимаю. А что это значит?
- Она стоит несколько дороже.
- На сколько дороже?
Мне называют цифру. Я охреневаю. Может быть у австралийцев понятие <несколько дороже> иное, чем в России, но <несколько дороже> и <вдвое дороже> - вещи, все таки, разные. Об этом я и сообщаю им. Осси разводят руками. Мол, все понимаем. Сочувствуем, но ничего сделать не можем. Ну, ладно. Нет, так нет. Придется звонить в университет. Извлекаю из кармана кучу бумажек, которые мне выдали в университете. На одной из них здоровенный герб департамента охраны природы. Достаю мобильник. При виде мобильника и герба оба мужика несколько меняются в лице. Один из них обращается ко мне.
- Вы из департамента охраны природы?
- Можно сказать и так. А это что-то меняет?
- Да, конечно.
Меня просят подождать. Через некоторое время появляется менеджер.
- Мы сделаем вам скидку. До той суммы, на которую оформлен ваш заказ. Но вам нужно будет оформить дополнительную страховку.
Дополнительная страховка - это дорого. Настолько дорого, что скидка теряет смысл. Голубые глазенки менеджера загораются от жадности. Но его ждет жестокое разочарование. Дополнительная страховка у меня есть. Это непременный и обязательный атрибут любого участника экспедиций в центральные районы Австралии. Е мне оформили в университете. Обломись, старый больной ежик. Не светят тебе вкусные проценты за оформление страховки.
В течение пятнадцати минут оформляем договор аренды, перекидываю свое барахло в багажник <Крузака> и покидаю автомастерскую. Теперь необходимо выбраться из Сиднея.
Включаю автомобильный навигатор. В него загружена только карта Сиднея и окрестностей. Пока этого достаточно. Нахожу городок Пенрит, находящийся на пути к перевалу через Водораздельный хребет и предоставляю навигатору возможность проложить маршрут. Навигатор издает какие-то утробные звуки, писки и, в конце концов выводит на дисплей надпись с идиотским вопросом: <Маршрут проложить напрямую или по улицам?>. Тыкаю пальцем в навигатор. Еще минута - и маршрут проложен. Слава Богу, что до выезда из города не надо проезжать через центр. Пока я не очень уверенно чувствую себя за правым рулем. Приходится преодолевать рефлексы, наработанные годами. На часах - два часа пополудни. Задержался я изрядно. Доехать к вечеру до первой запланированной остановке в городке Даббо вряд ли удастся. Ладно! Доеду куда получится. Главное - не застрять ночью на перевале. Утром по радио в горах обещали снег и ветер. Ночевать в машине на дороге очень не хочется. А с другой стороны - почему бы и нет. Не в первый раз и, даст Бог, не в последний.
Некто, впервые ступивший на порочную стезю бродяжничества, может возомнить, что он управляет путешествием . На этом, в корне неверном, пути его ждет масса неудач и разочарований. И только тогда когда он поймет, что все схемы, планы и маршруты создаются исключительно для самоуспокоения, когда плюнет на них и поплывет по течению, он станет настоящим бродягой. Не мы управляем путешествиями. Путешествия управляют нами. Успокойся, прими это как должное - и все встанет на свои места.
Вгоняю в CD-плеер диск со сборником оркестра Глена Миллера, пристегиваюсь и стартую. Вот теперь я действительно стартовал!

V

Выключаю музыку. Пока она только мешает. В смысле - отвлекает. Несколько раз ловил себя на начинающейся панике. Мол, еду по встречной полосе. Трудно побороть рефлекторное желание перестроиться на <правильную сторону>. Так хочется скорее выбраться из города.
Очень удачно, что двигаюсь в <непопулярную> у горожан сторону. Домики становятся все беднее и беднее и, постепенно уступают место неизменным спутникам мегаполисов - свалкам. Свалки, впрочем, очень аккуратные и, если можно так выразится применительно к свалкам, ухоженные. Сетчатые заборы с воротами. Неподалеку от ворот - щитовые домики с офисом и магазином. В магазинах - то, на чем специализируется свалка. Сестрица, помнится, рассказывала, что в первое время своего пребывания в Австралии, они на такой свалке покупали себе мебель. Мебель вполне добротная а, главное, дешевая.
Удаляюсь от города. Поскольку еду в горку, в зеркале заднего вида могу наблюдать постепенно удаляющиеся кварталы пригорода. А далеко, почти на линии горизонта еще маячат, постепенно тающие в дымке, высотки центральных районов Сиднея. Постепенно мной овладевает то блаженное состояние, которое сопутствует мне во всех моих путешествиях. Чувство дороги. Кто знает его - тот поймет. А кто не знает - тому не объяснишь.
По мере того, как я забираюсь в горы пустоши сменяются вечнозелеными кустарниками, которые, в свою очередь, уступают место эвкалиптовому лесу. Лес довольно скучный и однообразный. Почти без подлеска. Эвкалипты напоминают мне подросшие и сильно постройневшие ивы. Особенно своими длинными кожистыми листьями.
Встречных машин почти нет. Знаки, ограничивающие скорость до 110 км. в час установлены через каждый километр. Это новшество введено совсем недавно. Пару лет назад ограничений скорости на загородных трассах не было в принципе. Не менее часто встречаются знаки с надписью <Внимание! Будьте осторожны. На дороге - дикие животные>. Трогательная забота о <братьях меньших>. Но, это вблизи города. А как в <глубинке>? Хотя, природоохранные службы утверждают, что со зверьем все обстоит шикарно. Что во внутригородских водоемах начинают селиться утконосы, а коалы во всю осваивают городские парки. Трудно сказать - может и так. Я их в городе не видел. Но, честно говоря, я и не ставил перед собой такой задачи. Вот птиц действительно много. Самых разных. Особенно производит впечатление какаду, сидящий на ветке в центре города. Впечатление становится еще сильнее, когда он орет в пять часов утра под окном.
Пейзаж за окнами машины постепенно меняется. Эвкалипты опять уступают место низким деревьям и кустарникам. Судя по всему, приближаюсь к перевалу. До наступления темноты у меня есть еще пара часов. Есть время подумать, остановлюсь ли я сразу за перевалом в городке Батерст, или поеду дальше - до Оринджа. Судя по автомобильному справочнику, в Ориндже целых три мотеля и гостиница, а Батерсте - только один мотель. Конечно, могу и в машине переночевать, но, честно говоря, не очень хочется. А палатку поставить негде. Да и в большинстве случаев это незаконно. Вдоль дороги, сразу за кюветом - сплошная низкая изгородь. Съезды перекрыты шлагбаумами или воротами. Что поделать - частные земли. Без разрешения землевладельца въезд запрещен.
Дорога по-прежнему пустынна. Попутных машин нет, а встречные - скорее исключение, чем правило. Появился и промелькнул мимо щит, предупреждающий водителей о том, что впереди перевал. И что в зимнее время на перевале возможен снег и сильные порывы ветра. А, поскольку, сейчас именно зима - принимаю это к сведению и сбавляю скорость. Деревья вдоль дороги почти совсем пропадают. Ландшафт постепенно приобретает серо-бурую окраску с редкими вкраплениями темно-зеленых пятен кустарников. Под кустарниками - редкая трава, даже на вид жесткая и колючая. Снега нет, но ветер довольно сильный. Чувствую это по тому, как качается машина под его порывами. Как вздрагивает руль в руках. В машине тепло и уютно. Останавливаться и вылезать наружу совсем не хочется - но <естество> требует. Обноруживаю достаточно широкий участок обочины и останавливаюсь. Вылезаю из машины - и сразу из травы поднимаются несколько птиц и с воплями улетают прочь. Вот ведь как! Едущую по шоссе машину они не бояться, не воспринимают как опасность. А вот человек, вышедший из машины - это враг. Вот и говори тут об их неразумности. Ветер действительно такой, каким казался из машины. Резкий и холодный. Все запасенное моим многогрешным телом тепло выдувает мгновенно. Пробирает, что называется, до костей. Щелкая зубами, завершаю <процесс> и, со всей возможной скоростью, залезаю в теплое нутро машины. С удовольствием бы попил чего-нибудь горячего. Но - увы. Я так торопился покинуть Сидней, что запастись горячим кофе или чаем просто не пришло в голову. Насколько я помню, по спецификации оборудования, в машине есть некая <приблуда> для кипячения воды. Но где она и как ей пользоваться - не имею представления. А горелка, газ и посуда - в багажнике. Да и разжигать горелку в салоне - слуга покорный. Значит не судьба сейчас попить горяченького. Сверяюсь с картой и навигатором. До Батерста около 60 километров. До Оринджа - около ста пятидесяти. Решено! Еду до Батерста и там ночую.
Вот и Батерст. Говоря о нем, как о городке я, честно говоря, был не совсем прав. Город вполне приличный. Со своей историей и традициями. Со временем расцвета, пришедшемся на Австралийскую золотую лихорадку. Сейчас небольшой, известный, в основном, кольцевой трассой Маунт Панорама, на которой проходят 12-и часовые автогонки. В это время население города сильно увеличивается. А в обычное время, судя по информации из справочника, население тысяч 30. Ехать вечером через незнакомый город я не хочу. На въезде нахожу мотель с рестораном и останавливаюсь на ночь.
Ресторан - громко сказано. Некое стандартное помещение, стандартно обставленное. Со стандартным набором из кофе-машины, холодильников с прозрачными дверцами и прилавками-витринами со стандартной едой. В моем понимании ресторан - это нечто фундаментальное, с большим выбором порционных блюд, вышколенными официантами и т.п. В понимании местных - ресторан - это то, где ты можешь сесть за стол и к тебе подойдет официантка. И все. Не более того. Меню и обстановка значения не имеют. Если сидишь и ешь - значит в ресторане. А если стоишь и ешь - значит в закусочной. При входе на столике лежит пачка меню. Сажусь ближайший столик и пролистываю меню, состоящее из пары страниц. Не густо, хотя присутствует и экзотика в виде мяса эму и кенгуру. Но на экзотику меня не тянет, по этому заказываю жареную говядину с жареной же картошкой и сладкой кукурузой, кружку местного пива и, не удержавшись от соблазна, знаменитый Австралийский пай. Сначала приносят пиво и пай. Один мой знакомый, бывавший в Австралии убеждал меня в выдающихся качествах пива Little Creatures. Его я и заказал. Ничего выдающегося в нем не нашел. Пиво, как пиво, вполне приличное. Но не выдающиеся. Пай - закрытый слоеный пирожок размером с чайное блюдце. Только квадратный. Вполне такой симпатичный внешне, с поджаристой корочкой и аккуратно защипанными краями. Слишком, впрочем, аккуратно и симметрично защипанными, чтобы казаться изделием человеческих рук. Совершенно не представляю себе, как положено есть пай. Руками или вилкой и ножом. Секунду поразмышляв, решаю, все-таки воспользоваться орудиями труда - что, как не это отличает человека от животного? Разрезаю пирог и заглядываю внутрь. Я, наверное, чего-то не понимаю. Ведь пай должен быть с мясом. А я вижу серо-розовую, совершенно ровную и гладкую, без каких-либо вкраплений, массу. Запихиваю кусок в рот. Ну: Как сказать? Вкус мяса и лука присутствует. Имеет место вкус черного перца и еще Бог знает чего. Больше всего похоже на горячий бутерброд с паштетом. Причем паштет не тот, домашний, из свежей печенки, с базиликом и кардамоном, с приятными на вкус мелкими крупинками. А паштет магазинный, из пластиковой колбаски, запечатанной с двух сторон кусочками алюминиевой проволоки. Тот самый, о составе которого мы узнаем не по вкусу, а по этикетке. Скажем так. Пай можно есть. Не то, чтобы вкусно. Скорее не противно. И, как принято говорить в одном известном интернет-сообществе, <нажористо>. Пока не пробовал ничего другого, но поставил для себя галочку: <Последнее, что я буду заказывать в ресторанах - это пай>. О говядине с гарниром сказать нечего. Добротная, в меру мягкая и сочная. Посоленная и поперченная, что называется, без фанатизма. Положив кусок в рот понимаю, что мычала эта говядина не вчера, даже не позавчера. Картошка самая обыкновенная. Такую можно попробовать в любом уголке мира, где есть <МакДональдс>. Кукуруза тоже не только что с поля.
<Добиваю> все принесенное, допиваю пиво и отправляюсь в свою комнату. Само по себе здание мотеля представляет из себя одноэтажное сооружение, весьма похожее на коровник. Длинный коридор через все здание. В одном торце - входная дверь. В противоположном - окно, выходящее на бензоколонку. С двух сторон коридора - двери в комнаты. Комната средняя по размеру. Обстановкой не поражает. Двуспальная кровать. В изголовье пара тумбочек с настольными лампами. Стол, пара стульев, небольшой шкаф и неизменный телевизор в углу. За дверью из матового пластика - душевая кабинка и унитаз. Все по <спартански>, но мне роскошь без надобности. Принимаю горячий душ и отправляюсь спать. Первый день путешествия позади.
Просыпаюсь довольно поздно. Часов в девять. Все таки устал я вчера изрядно. Через сорк минут, закончив все формальности и долив на бензоколонке бак <до полного> отправляюсь дальше по маршруту. На этот раз не забываю залить в термос кофе и прихватить на завтрак несколько свежеиспеченных булок. До Порт-Огаста мой маршрут будет проходить по вполне населенной местности, и заниматься разбивкой лагерей и походной кухней я не планирую. Шоссе Сидней - Бёрк проходит прямо через центр города. Так что город проезжаю без проблем, не плутая. Единственное, что обращает на себя внимание - это собор. Из красного кирпича со светлым декором. Построенный во вполне-таки Викторианском стиле. Можно было бы взглянуть на гоночную трассу, но мне эта идея не кажется заманчивой. Покидаю Батерст без грусти и сожаления.
Город заканчивается сразу. Вот, только что справа и слева были дома - а теперь однообразное и достаточно жиденькое редколесье. Это и естественно. Если учесть, что вся центральная Австралия это, повышающееся к востоку и, соответственно, понижающееся к западу, плоскогорье. Горы в Австралии невысокие, но восточный хребет, все же достаточно высок, для того, чтобы не пускать влагу в центр материка. Растительность бедная, животный мир, пожалуй, еще беднее. Птиц, впрочем, довольно много. И в воздухе и на обочинах дороги.
Движение по трассе довольно оживленное. Я въехал, пожалуй, в крупнейший в Австралии угледобывающий и промышленный район. Но, как не странно, почти этого не замечаю. Все предприятия и шахты находятся в стороне от трассы. На самой трассе - небольшие городки, которые стоят, кажется, на равном расстоянии друг от друга. И похожи друг на друга, как будто построенные под копирку. Если видел один - значит, видел все.
Нашел какую-то местную волну с неплохим джазом. Слушаю музыку, гляжу на дорогу. Постепенно впадаю в некое оцепенение. Дорога - прямая, как стрела. Ни одного поворота. Такое впечатление, что машина стоит на месте, а движется дорога. Как будто сидишь за стареньким игровым автоматом <Автогонки>. Нет, так дело не пойдет. Еще немного - и я засну. Останавливаюсь на обочине и вылезаю из машины. С утра потеплело. Во всяком случае, куртку одеть желания не возникает. Достаю термос и наливаю себе остатки купленного утром в Баттерсте кофе. Нет, как горячий напиток это пойло прокатит. Но как кофе: Глядя в стакан хочется сказать: <Если это кофе - то мне чаю, а если чай - то кофе>.
Как ни крути, но даже самая роскошная кофе-машина не может сделать кофе. То есть, то, что она из себя изрыгает, имеет вид и консистенцию свежесваренного кофе. Но к кофе <это> имеет отношение точно такое же, как презерватив с запахом кофе. Вспоминаю Эчмиадзин, старика-армянина который сыпет в медную, луженую внутри, турку свежемолотый в ручной мельнице кофе, заливает прозрачной, чистой, как утренний горный воздух, водой. Потом ставит турку в жаровню, заполненную крупным речным песком, и внимательно следит за ней, чтобы не пропустить то самое, известное только ему одному, мгновение. Ни секундой раньше, ни секундой позже он размешивает кофе самшитовой палочкой, и переливает его в чашку из тончайшего фарфора. Ставит ее на круглый поднос. Рядом - крохотное блюдце с несколькими кристаллами виноградного сахара и стакан с ледяной водой. И все. Никаких пирожных, мороженого, закусок. Только кофе и ты. И еще запах. Запах свежесваренного кофе. Такой, который сам по себе бодрит и пробуждает. А первый глоток этого нектара!? Нет, ни один автомат, даже самый дорогой и совершенный не способен сварить настоящий кофе.

VI

Однообразие пейзажа за окном усыпляет. Как странно! Находится на другом конце глобуса и страдать от однообразия ландшафта. Австралия не блещет разнообразием. Если отвлечься от того, что деревья и кусты другие, птицы другие и указатели на чужом языке - может показаться, что я <наматываю на колеса> не километры Австралийских дорог, а меряю расстояния где-нибудь в средней полосе России. В зоне лесостепи.
Шоссе, в основном, двухрядное. Изредка оно расширяется до четырех рядов. Это значит, что скоро на пути появится городок или съезд с основной трассы. Все очень предсказуемо - исключений, практически, не бывает. Сейчас я нахожусь в самом сердце добывающей промышленности Австралии. Хотя внешне это совсем не заметно. Не видно не терриконов, ни дымящих труб - ничего, что бы <украсило> окружающую картинку. В этом плане нужно отдать должное Австралийцам. Они, если еще не научились, то учатся жить в относительной гармонии с природой.
Может показаться, что мое путешествие - это сплошной перегон. С редкими остановками на ночевку. Это вовсе не так. На пути из Батерста в Берк я посетил несколько заповедников и заказников. Собственно, именно это и составляет смысл моего путешествия. Посмотреть и оценить то, что делается в Австралии для сохранения островков дикой природы. Даже не столько <что делается>, а <как делается>. Не хочу обсуждать всю хитрую политическую и юридическую <механику> создания всех этих, зачастую, очень маленьких очагов <дикости и девственности>. Тем более, что не такие уж они <дикие и девственные>. Следы человека есть всюду. И если не в виде пластиковых бутылок и оберток от <Сникерсов> - то в виде чуждых для Австралии представителей флоры и фауны. Написано об этом много. Написать можно еще больше. Но - <это всем известно и никому не интересно>, кроме узкого круга биологов и экологов. Этот <узкий круг> давно паникует по этому поводу. Ну, нельзя сказать, чтобы подобные <панические> настроения были уж совсем беспочвенны. Основания <паниковать> есть, конечно. Но, на мой взгляд, эта паника какая-то уж очень однобокая. В том плане, что позиция <защитников> и позиция <нападающих> - очень полярные. Одни мечтают о том, чтобы защитить природу от человека любой ценой - другие - подчинить природу любой ценой. И то, и другое вызывает у меня чувство недоумения. Ну, как так? Разве справедливо - проводить границу между природой и человеком. И, даже, не проводить границу, а строить стенку. Не ставить человека выше <природы>. Не возводить <во главу угла природу>, а, именно, обособить, отделить друг от друга. Прочно утвердить в собственном сознании то, что мы настолько разные и чужие, что только терпим друг друга. Как соседи по коммунальной квартире.
Так вот. Австралия, на мой взгляд, ничем в этом плане не отличается от всего остального мира. Создание многочисленных заповедников, заказников, национальных парков - жалкие потуги спасти то, что еще не успели или не смогли, подмять под себя. Что и так, само по себе, не дается в руки <царю природы>.
Хотя есть в Австралийских заповедниках нечто, что отличает их от большинства таких же объектов по всему миру. Практически в любом из них есть некие зоны, в которые запрещен доступ. Вообще запрещен. Полностью. С трудом укладывается в голове. Даже ученым запрещен, даже рейнджерам из охраны заповедников. Всем-всем. Когда я в Ньюкасле обсуждал свой маршрут то, естественно, попросил пропуск в закрытые зоны. Мне, естественно, отказали, сказав, что не существует такого понятия - <пропуск в закрытую зону>. С трудом такое укладывается в голове Русского человека. Что есть нечто, в доступе к чему нет исключений. Нет доступа - и все. И не поможет ничего. Ни связи, ни приглашения, ни статус - НИЧЕГО!
Естественно, у меня возник вопрос - а почему нельзя? Внятного, на мой взгляд, объяснения я так и не добился. На вопрос, почему нельзя в закрытую зону, мне ответили приблизительно так: <Потому, что она закрытая>. Исчерпывающий ответ, не находите? Так и оставался бы я в полном неведении относительно этого, но, один человек в университете все-таки дал мне объяснение. И диалог мой с ним звучал примерно так:
- Если в закрытою зону нельзя никому, то как вы изучаете то, что там происходит?
- Никак.
- То есть как <Никак>? А зачем тогда она нужна - эта <Закрытая зона>?
- Она нужна для того, чтобы она была. Поймите мою мысль. Люди все время что-то изучают. Во всем ищут глубокий смысл и выгоду для себя. Вы никогда не задавались вопросом - зачем мы, люди, это делаем. Зачем мы изучаем природу?
- Ну-у-у-у:
- Вот именно. Не можете ответить. И я не могу. И до тех пор, пока мы с вами не найдем ответа на этот вопрос пусть эта зона остается закрытой.
Примерно такой диалог. Самое интересное, что я этого человека понял. Вряд ли смогу объяснить словами, что именно я понял. Но, что-то, как говорится, <зацепило>. Причем <зацепило> так, что этот вопрос не идет у меня из головы всю дорогу. Пытаюсь сам задавать себе вопрос и сам на него отвечать. И, объективности ради, должен сказать - любой мой ответ меня же самого не устраивает. Придуманные мной аргументы <за> наталкиваются на такие же аргументы <против>. Может быть в конце путешествия я найду ответ на этот вопрос? А, может быть, и не найду никогда? Как знать.
Рассказывать о дороге из Батерста в Берк в общем-то нечего. Все достаточно однообразно. Разве что последние следы предгорий окончательно исчезли, уступив место засушливой равнине, которая, тем не менее - основной сельскохозяйственный район Австралии. И место зарослей занимают поля и пастбища. В одном месте произошло несто, что позволило мне оценить масштабы овцеводства в Австралии. Впереди замелькал полицейский <маячок>. По мере приближения к нему стали видны две полицейские машины, стоящие поперек дороги. И несколько полицейских, подающих мне знаки остановиться. Останавливаюсь. Полицейские не приближаются ко мне. Это означает, что остановка не связана со мной. Что-то происходит на дороге. Выхожу из машины и иду к полицейским.
- Что случилось, офицер?
- Ничего не случилось. Просто через дорогу перегоняют овец. С одного пастбища на другое.
Возвращаюсь к машине, залезаю на порог и пытаюсь рассмотреть, что же там, впереди, происходит. Метрах в трехстах впереди через шоссе течет грязно-серая река. Беру бинокль. Мама дорогая! Это же овцы! Количество их не поддается пониманию. Это именно река. Шириной метров в пятьдесят. И течет, течет, течет: Сажусь в машину и закрываю наглухо окна. Порывы ветра доносят ароматы, без которых я вполне могу обойтись. Передо мной - несколько машин. Следом за мной постепенно собирается изрядная пробка. Это первый, на моей памяти, затор на дороге, который я вижу. Люди спокойно сидят в машинах, не проявляя беспокойства и раздражения. Судя по всему, процесс перегона овец - событие стандартное и ничем не примечательное.
В машине тепло, из динамиков звучит приятная музыка и я, уставший от однообразия дороги, засыпаю. Просыпаюсь от стука в стекло. Открываю глаза и вижу полицейского. Судя по его жестам он предлагает мне проезжать. Смотрю вперед. Полицейские машины уже стоят на обочине. Несколько человек ставят на место секции ограды пастбища. Небольшой трактор, вроде тех, которые чистят в России снег, сметает с дороги на обочину то, что неизбежно остается после большого количества животных. Смотрю на часы. Я спал почти полтора часа. Трогаюсь вперед. И лишь спустя минут десять до меня начинает постепенно <доходить> то, что это означает. Я спал полтора часа! И все это время через дорогу шли овцы!

edit log


 

 
wong
posted 12-10-2010 13:35    
Хочу читать Вас еще.
A-F-A
posted 12-10-2010 14:03    
Пиши дорогой, слог отличный.
Чижыг-пыжиг
posted 12-10-2010 14:20    
Оч. интересно... Ждём-с продолжения ))
Stiva
posted 12-10-2010 14:22    
Отмечусь
suvorov[monar]
posted 12-10-2010 14:32    
читаем...
Dios
posted 12-10-2010 14:51    
Прикольно. Хорошо выходит.
Двадцатьвторой
posted 12-10-2010 17:04    
Ээээээ... На самом интересном месте ! ))
Umbert
posted 12-10-2010 18:06    
хорошо
Alex Chasnyk
posted 12-10-2010 18:26    
To be continied -))! Bravo, FieryFly! Can`t wait for the rest of your story!
dimka7474
posted 12-10-2010 18:34    
Отмечусь и буду с нетерпением ждать продолжения.
Светлячек, ты бу шел уже в большую литературу в конце концов. а? Чего талант то в землю закапывать? Это я серьезно, без стеба.
Sergey82
posted 12-10-2010 18:56    
Есть литературный талант, говорю как бывший лит. работник )
hwoarang
posted 12-10-2010 19:47    
ждем...
dydy vova
posted 12-10-2010 20:44    
ждём продолжения.
Змей-полигон
posted 12-10-2010 21:50    
Отмечусь, чтобы не пропустить продолжение.
Светлячок, мои аплодисменты - очень интересное начало. Продолжайте не спеша, с подробностями
SWOTL
posted 12-10-2010 23:21    
Где-то это я уже видел...
mamont68
posted 13-10-2010 00:06    
То FieryFly.
Не,ну молодца!Нравится читать твои вещи!Радуй почаще, пожалуйста.
FieryFly
posted 13-10-2010 07:49    
Выложил продолжение.
Под цифрой III.

edit log

hwoarang
posted 13-10-2010 09:37    
ммм... как книгу читаешь ждем 4 "главу"
Васёк
posted 13-10-2010 10:36    
спасибо, приятно написано

  всего страниц: 4 :  1  2  3  4 

новая тема
следующая тема | предыдущая тема

  Guns.ru Talks
  Катастрофы и выживание в кризисных ситуациях
  Хроника путешествия. ( 1 )
guns.ru home