В жизни мне везет на людей, которые меня окружают на охоте- данный герой не был исключением , как и все остальные ребята. Но Эдиг и Ожай -это уникальные люди с виду оба неказистые-но какая сила в них заключена , оба больны охотой , среди этих скал они дома , глядя на них у меня иной раз складывается впечатление , что они тура и без выстрела поймают .
Мои мысли прервал шепот егеря-"Вон там туры, поднимаются в скалы." Пытаюсь приложиться к биноклю, но ничего не вижу , Ожай помогает мне называя ориентиры . На луговине , около каменной россыпи замечаю стадо из самок и молодняка, звери пасутся, но передвигаются в сторону вершины , до них полтора километра , высота там примерно три тысячи метров над уровнем моря. Туры абсолютно незаметны и легко сливаются с окружающим ландшафтом , чтобы их замечать нужны натренированные глаза. В душе у меня уже загорелся огонь азарта и какой-то жажды добыть любой ценой.
Сразу оговорюсь -к трофеям я абсолютно равнодушен , меня не привлекают сантиметры и прочее, важен был сам факт охоты на тура , был бы счастлив даже если б добычей стал козленок, об этом я еще по приезду сказал проводникам . На вопрос будем ли идти к этим , егеря ответили , что посмотри еще варианты .
Следующая остановка была на берегу реки Кубань ,отсюда она берет свое начало , сначала она неширокая, ее вполне можно перепрыгнуть, но через каждые сотню метров в нее впадает новый ручеек, и она становится все сильнее и сильнее, на равнине она уже ворочает вековые тополя , словно спички. Вода в ней чистая как слеза с голубым оттенком , напитанная ледниками обжигает холодом руки.
Эдиг-бий тем временем показывает мне в сторону вершины самой высокой горы. В бинокль замечаю стадо взрослых самцов , они стоят на скале , с таким расчетом , чтоб смотреть по кругу . Природа одарила этих животных всем -зрение в два раза лучше человеческого, слух тоже, чутье как у собак. При малейшей опасности туры не разбиваясь уходят за хребет, догнать их просто невозможно. На мой вопрос лезем ли к этим, егерь отрицательно машет головой. "Снега нет , до них сутки пути , спускаются со скалы ночью и также поднимаются." Забегая наперед скажу я выбрал неудобное время для этой охоты, на верху нет снега и козлы не спускаются из труднодоступных мест . Лучшее время , конец ноября-гон и снег делают свое дело .. . Даже если при удачном раскладе и удастся взять зверя-спустить его вниз никак не возможно .
слова егерей о трудностях если так можно сказать пролетали мимо ушей , снизу горы не казались какими-то сложными -как я ошибался..
Наконец егеря определились куда идти , и наступает самый ответственный момент, Эдиг-Бий хочет по максимуму сократить расстояние и направляет Уазик по лесовозной дороге , машину кидает по камням , я сижу и смотрю то вперед, то в налево, там уступ и мне не по себе от такого, умоляю проити пешком , но егеря неумолимы..
Однако наконец-то к счастью мы упираемся . Начинаются сборы . Эдиг -Бий тут же бракует мою одежду и рюкзак, но я неумолим-там фотоаппарат , и сменная белье. Проводники сразу предлагают снять куртку, идти надо будет в 2 слоях термобелья, на вопрос о морозе-короткии ответ:" Согреешься!" Я привык полностью доверять более опытным напарникам и тут же выполняю то что мне сказали . Нас четверо -Я Эдиг -бий , Ожай, Андрей. Нам выдают посохи-аяки - то ради чего я здесь началось..
Снизу гора казалась более легкой , но под пологом леса скрывались неожиданные трудности - теперь я на своей шкуре испытал тяготы горной охоты , минут через десять от меня валил пар , на волосах выступил конденсат , еле успевал за егерями, они же ловко орудуя аяками уверенно шли вверх, их ход напоминал греблю, они опираясь на посох под углом почти сорок пять градусов и как бы гребли , шли не вверх , а зигзагами . Держать их темп было сложно , вспоминались слова Бендерского об особом составе крови и мышц-да уж действительно особый-а у этих двоих и среди карачаевцев самый особый! Андрюхе пришлось туго- после подъема метров на двести он, дабы не тормозить наше продвижение уходит вниз. Нас теперь трое , а гора готовит мне новые испытания- я лезу на карниз и ловлю ступор-не вижу куда ставить ногу , не могу пошевелиться, на помощь приходит Эдиг-Бий-шестом показывая куда хватать, куда ступать-доверяюсь-дело пошло .
Мои ноги выдерживают это испытание, но от набора высоты легкие заработали вовсю и пошла мокрота, начавшая душить, потом заложило нос, сильно не сморкнешься до туров чуть более километра -за хребет им уйти -ну как мне канаву перепрыгнуть . В голове идет рой мыслей, даже такие вроде : " А на какой... мне это надо!!???" Но беру себя в руки и вспоминаю, что предел возможностей человека высок-не надо себя жалеть, становится легче , постепенно начинаю держать темп. Проводники дают мне небольшой отдых , вновь вперед.
Вот уже редеет лес и я вижу рододендроны-те самые о которых писал Федосеев во время покорения Станового хребта , никогда не думал, что их увижу , это значит перевалили отметку 2000 метров , еще через пятьсот метров кончился лес , и вновь я вижу чудо в виде ковра черники, брусники и шикши .С криком носятся альпийские галки-клушицы , на снегу видны крестики следов улара. Только ради этого я готов терпеть эти трудности. Во время очередной передышки смотрю на следы лисицы, горностая -никогда не думал , что их так высоко может занести, увидел как тенью пронеслась самка тетеревятника-точно уларов пасет . Встречаюсь глазами с Эдиг-Бием , он спрашивает : " К большим на той скале завтра пойдем ?" Нас троих начинает разбирать смех , я затыкаю рот шапкой. Но просмеявшись говорю:"ДА!" "Надо спальники взять"- говорит егерь. И снова наверх. Звери близко, едва лес остался позади начали попадаться следы, помет, старые лежки, туры не любят снег и спускаются в лес пережидать его. Идем тихо, у меня получается не очень -то на россыпь не так ступлю, то камень покатится, то и дело ловлю взгляды Эдиг-Бия и Ожая. Вот орлиные глаза Эдига замечают зверей-шестьсот метров , еле вижу, и то когда один из камней оживает -стадо неторопливо идет на верха . Егеря показывают на одинокую крупную козу , она аж отдает в черноту от набранного жира , решаем сократить дистанцию, перекусить и можно стрелять . Охота скрадом в горах -очень утомительное занятие , метров двести ползем по валунам дабы не издавать шума, иначе еще пару часов до следующей балки . Поражаюсь егерям они сами как козлы скачут по камням, некоторые до полутора метров высотой(а снизу как галька кажутся) егеря все время скрыты из вида, держу след и удивляюсь ширине шага-теоретически им длины ног не должно хватать. Эдиг -Бия и Ожая нахожу сидящими на краю карниза на уступе, где едва есть место для троих, Эдиг садится на березку , если упадет до низа метров десять, я аж к скале ближе жмусь, равнинному охотнику не просто привыкнуть к горным штучкам, тем более высоты побаиваюсь, и мое сегодняшнее восхождение для меня уже подвиг. Еда в меня не лезет, но лимонад кажется чем-то таким, вкуснее чего придумать сложно, аж глаза зажмуриваю от сладкого вкуса холодного напитка.
Тихии голос Эдиг -бия возвращает меня из блаженства: "Пора идти." Нам осталось пройти метров пятьдесят, но это на равнине ерунда, тут настоящии труд , здесь каждый пройденный метр уже радость. Аккуратно ступаю след в след за егерями, из под ноги Ожая вырывается камень размером с кулак и летит вниз, его шум может все перечеркнуть, но тут выпадает мой ход-свободной рукой ловлю его над своей головой и аккуратно кладу . Вот мы и на месте , аккуратно укладываю карабин, расстояние до козы четыреста метров, ввожу поправки, которые разучили с Энвером . Выстрел и вижу буквально в двух сантиметрах над спиной тура инверсионный след пули, стадо тут же срывается с места, ловко, словно вода они стелются по камням , еще два выстрела с выносом-нет.Со свистом срывается со скалы пятерка уларов, недовольно кричат клушицы.. Все зря , не учел угол стрельбы, на один клик надо было меньше делать. Проводники заговорили на своем языке, а стоял словно сломанный. ..
Глядя мне в глаза Эдиг-Бий спросил: -" Может вниз пойдешь , к машине, а то мы пойдем еще через две балки , спускаться будем ночью.. " Я едва не согласился, но тут же задал себе вопрос:" Какого черта ты тогда сюда приехал? Уйду и больше они не захотят со мной дел иметь ."
" Нет , я с вами."
" Ну тогда вперед". -сказал егерь
Мы пересекли отметку в 3000 метров, появился снег, стало холодно , ветер проникал через термобелье , пришлось одеться. Идти стало проще -основные трудности человек переживает головой, если ей дать правильную команду-ноги отнесут ее куда надо. Первая балка позади, привал, я жадно собираю горстями шикшу, ее приятный вкус похожии на кисло-сладкии компот утоляет жажду.На верху на ягоду со свистом садится тройка уларов-Прекрасные Сои , как писал про них В. Правдухин. Я жадно впиваюсь в них глазами.
"Восемьсот метров.2- читает мои мысли Эдиг-Бий, интерес к уларам временно пропал.
Снова в путь и еще одна каменистая балка позади , егеря медленно выглядывают с уступа, и дают знак:-"Садись." Смотрю из-за камня, на противоположном склоне стоят две молодые прошлогодние козы, и смотрят вниз-вечернее время кормежки . До них шестьсот метров . Сейчас воочию убеждаюсь, что у них нет слабых мест-туры практически неразличимы , они проходят метров тридцать и минут пятнадцать неподвижно смотрят вниз, причем заходят за камень. Нам надо аккуратно спуститься двести метров вниз и тогда можно будет бить в упор. Одно "НО" идти надо гусиным шагом и паровозиком . Впереди Эдиг-Бии с "Лейкой", потом Ожай и замыкаю колонну я . Три шага минут десять сидим . Метров через сто начинается головокружение и тошнота-ноги прижаты к животу, застоялась кровь. Начинаю заваливаться на бок.
"Не шевелись!" - шепчет Эдиг. Недуг проходит, дополнительно оголяю и охлаждаю грудь .
Минут сорок длиться наш спуск, когда достигли дна готов прыгать от счастья. Эдиг-Бий говорит, что так как мяса нет в лагере, то бить будет он, а потом будем заниматься мной, я не против, подсознательно понимаю, что второго промаха не прощу себе сам. Егерь тихо вылазит из-за камня -выстрел и козы срываются с места , они летят огромными прыжками не замечая валунов, и не снижая скорости переходят на карниз шириной в полметра и с наклоном градусов под тридцать . Тут подключаюсь и я три выстрела выбивают брызги камней со скал, эхо удит вниз по балке, а туры скрываются за поворотом.
" Два сантиметра над спиной.. " говорит Ожай.
" Опять эти два сантиметра."-говорю я.
Когда запал прошел замечаю, что забыл снять чехол со ствола , Кристенсен оставил от него жалкие кожаные лохмотья, егеря поднимают меня на смех. А я не представляю, как смотреть в глаза Энверу-тысяч на десять настрелял, да еще .. а еще вместо жирной турятины в лагере будут есть вареную картошку с сушеной колбасой.
Солнце быстро заходит-тут же ощущается холод, стремительно наступает темнота. Начинаем спускаться, идти вниз не менее сложно чем вверх, скользкая трава, снег на камнях за день подтаял, а сейчас моментально покрылся коркой льда , один неверный шаг и в лучшем случае травма, худшии чуть не произошел-спасла сосна, за которую зацепился , не доехав метров десять до карниза. Иду за Эдиг-бием , тот отдал мне свой фонарь , а сам идет почти на ощупь, словно кот . Уже входим в лес , идти становится немного проще , аяк не дает катится вниз, цепляясь за землю, но впереди еще одно испытание-отвесный карниз, а сквозь него течет водопад . Я понимаю весь ужас-либо по водопаду, либо вверх километр-нет по водопаду, только не на верх. Эдиг снова впереди бьет аяком льдины с камней , шаг за шагом и двести метров позади . Тут же нас в свои объятия принимают заросли шиповника и барбариса, колючки впиваются в тело , но гудящие ноги не чувствуют этого. Я уже слышу шум воды Кубани , чую дорогу , представляю, как напьюсь приятной холодной воды.
Радость от дороги сложно передать, ноги сами несут меня вперед. Еще пару километров и машина . На повороте сели с Ожаем ждать пока Эдиг сходит за Уазиком . Тут то ноги и сдали , еле шагая иду набираю воды, долго держу ее во рту и маленькими глотками пью, вдоволь не даю -опасно. Вроде и прошли немного около десяти километров, но сравнить с равниной невозможно, в Карелии легко ходил на ток одиннадцать километров в одну сторону , и не чувствовал усталости. Горную охоту можно сравнить с тем , что километров пять идти вверх по крутой лестнице, с полуметровыми ступенями, причем некоторые скользкие, а иных совсем нет...
В лагерь приехал разбитый , первым делом показал Энверу его чехол, что тоже вызвало у него смех, глядя , как меня не слушаются колени, он и про обещанные страдания напомнил. От машины до кровати дошел из последних сил, едва голова коснулась мягкого провалился в сон.
