Книги которые Мы читаем

Это рассказы,мне просто понравилось, решил поделится

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

Ну раз рассказы! )))

Пошлость в рядах военной разведки

Уже вторая война 2001 год, я доблестно замкомбатствую.
Отряд наш вроде как бы и придворный на Ханкале стоит на взлетке, в результате чего все комиссии к нам и все невыполнимые задачи нам. Приезжает наш самый главный спецназовский ПАПА, вызывает нашего батяню комбата к себе в отдел. Батяня наш мужик проженный и старый старый в спецназе "работающем"старее его не было, но хохмач страшный и на язык остер. ПАПА спецназовский его давно знает и любит. Итак комбат с главным разговаривает а мне присылают клерка в виде здорового доблестно-миловидного полковника , с папочкой под мышкой. вожу его по расположению, по палаткам, всяким обьектам тыла. Что-то его приводит в телячий восторг, на что-то он фыркает, недостатки записывает в "специально обученный" блокнотик. вроде посмотрели все, и тут он останавливается и произносит фразу
- Слушайте майор, а что у вас везде фотографии голых женщин висят ??, это странно!!
А я думаю , что страннее было если бы мужики голые висели, но отвечаю стараясь ясно и четко формулировать фразы..
-Товарищ полковник , командировка в0семь-девять месяцев . женщин в отряде нет, в отпуск не ездим поэтому дро.. им!
-КАК!???? глаза полковника вылазят из орбит..
- Ну как? как? есть двенадцать способов,- и начинаю загибать пальцы,- кистевой, локтевой, плечевой, обратным хватом, прямым, по Македонски
-КААК??? по Македонски??
- Ну это как стрельба с обоих рук... .
Полковник краснеет.
- Ла вы !, да ВЫ!! майоор, немедленно со мной в отдел !!!!
Везет меня полковник под ясны очи главного спецназовского ПАПЫ, а я не боюсь, что мне будет? Дальше чечни не пошлют а майором я уже итак черт знает сколько хожу.
Приезжаем, ломимся к Главному, Главный сидит с нашим батяней комбатом попивает кофеек улыбается.
Полковник подбегает к Спецназовскому папе
- Товарищ полковник в 000 отряде спецназ ДРО.... АТ !!!!
ПАПА довольно кивает головой.
- Да, да я знаю, я сам им разрешил, комбат вот новый способ рассказал такой интересный, Ну-ка, Толя, расскажи полковнику, а то он не знает..

парни , советую почитать Дж.Дарелла некоторые вещи без слез не прочитаешь , отрывки извините ,копать в инете лень , есть книжки если есть желание велком , почитать дам . ну я такой , о насилии и прочих проблемах читать не охота , грустно , поэтому так

Дж.Дарелл у меня есть

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

Originally posted by Badcap:

Дж.Дарелл у меня есть

читал ?

Да, понравилось

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

Новенькое advocatd.livejournal.com

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

В очередной раз перечитал и рекомендую "Адмирал Ямамото. Путь самурая, разгромившего Перл-Харбор". Автор Хироюки Агава.

Кому надо, могу дать почитать.

Фидель Кастро Рус: Стратегическое контрнаступление.

"Фиаско" С.Лем

Диалог с...

- Я тебе не верю, - жестко сказал крепко сбитый мужик. Его ледяные глаза буквально сверлили собеседника. - Я. Тебе. Не. Верю. Понял?

- Понял, понял, - грустно кивнул второй. - Ты мне не веришь.

Второй был молод, но паутинки седины в густой шевелюре отсвечивали Вечностью.

- Ты где был, когда нас убивали там: - замешкался Первый.

- Я не знал, - виновато поджал губы Второй.

- Врешь. Ты не мог не знать.

- Откуда? Ты же мне не сообщил.

- Врешь, сволочь, - зло бросил Первый.

Второй повернулся к мимо пробегавшей девушке.

- Барышня! Две порции картошки фри. Тебе пива взять?

Первый угрюмо кивнул.

- И пива бокал. Светлого? Светлого.

Ноги у официантки были длинны и загорелы.

- Красивая, - сказал Второй и улыбнулся.

- Ты с темы-то не спрыгивай.

- Жениться тебе надо, - упрямо сказал Второй.

- Да на ком?

- Да хоть на официантке этой. Зовут Лида. Не замужем. Вернее, была замужем. Но как-то неудачно. Сейчас живет с родителями. Сына воспитывает. Славный такой мальчишка. Через два года ему в школу:

- Откуда ты знаешь? - подозрительно прищурился Первый.

Второй не ответил.

- А: Ну да: - отмахнулся собеседник.

- Она тебя будет ждать, - Второй голосом выделил слово <будет>.

- Не верю я им. Ты же знаешь.

- Знаю. Ты никому не веришь. Скоро ты и себе перестанешь верить.

- Это еще почему?

Диалог перебила официантка Лида:

- Ваш заказ, пожалуйста. Еще что-нибудь?

- Нет, спасибо, - в один голос сказали оба.

Вкусно запахло жареной картошкой. Такой: Как в детстве.

- Красивая девушка Лида, на улице:. На какой-то там улице, в общем, - задумчиво глядя на удаляющуюся спину девушки, пробормотал Первый.

Второй подсказал:

- На Южной.

- Что?

- На улице Южной живет. Ярослав Смеляков написал. И не <красивая>, но <хорошая>. Разницу понимаешь?

Вместо ответа, Первый опять махнул рукой и сделал большой глоток из бокала.

- А ты чего не пьешь? А: Забыл, извини.

Потом они замолчали. Первый пил пиво и закусывал его солеными палочками картошки фри, макая их в острый соус <Ткемали>. Второй молчал и улыбался в бороду. Второй вообще всегда улыбался.

- Знаешь, - вдруг сказал Первый. Потом замялся, но продолжил. - Знаешь: Я всегда хотил спросить тебя. Почему ты никогда не отвечаешь?

- Потому что ты никогда не спрашиваешь, - быстро ответил Второй.

- Хм: Нет, я не об этом. Почему тебя никогда рядом нет?

- Потому что ты никогда меня не звал на помощь.

- А сам догадаться не мог? - огрызнулся Первый.

- Мог. Знал. Слышал. Догадывался. И что? Но ты же у нас - гордый. У друзей и то, с трудом помощи просишь. Не то, что у меня.

- Я - мужик! Я должен со всем справляться сам! - огрызнулся Первый.

- Ну и справляйся. Что тогда ноешь?

- Кто ноет? - оторопел Первый.

- Ты. <Почему ты нам не помог>, - писклявым голосом передразнил Второй. - Ты же мужик. Ты помощи не просишь. Помнишь. Когда вашу группу зажали - ты вертушки вызывал или они сами догадались?

- Вызывал:

- А когда по минному полю через месяц отходили, шептал: <Господи, пронеси?>

- И что? Мы сами прошли!

- Сами, сами. Кто ж спорит. А ведь пронес?

- Пронесло:

- Оно пронесло? Не Он, а Оно?

- Не цепляйся к словам!

- Почему?

- Да иди ты!

- Хорошо, - сказал Второй и приподнялся, отодвинув стул.

- Извини, - выдавил Первый, уткнувшись взглядом в тарелку.

- Майор, а как ты хотел? Вот ты же мужик, да? Ты все можешь, все умеешь, правда? - Второй снова сел. - Ты же мужик! Но объясни мне, почему так? Когда у тебя все получается - ты молодец. А как в дерьмо вляпываешься. - так я плохой? Не, если хочешь - давай сделаем так. Я все за тебя сделаю - как решу нужным. А ты будешь как бы и не причем. Пойдет? В куклы пойдешь?

Первый молчал.

Картошка уже остыла, а пиво нагрелось. Все стало невкусным.

- Ладно, - вздохнул Второй. - Пойду я. Дел у меня - за гланды.

И ребром ладони провел рукой по горлу.

От этого жеста Первого передернуло.

- На помощь зовут, извини.

- А ко мне еще придешь?

- Я всегда рядом с тобой. Ты же знаешь?

- Но, почему все тогда так: Наперекосяк! - едва не закричал Первый. Но Второй прижал палец к губам и улыбнулся:

- Потому как это твоя жизнь, сын, - улыбнулся Второй. - А я так. Прикрываю.

- Слушай:

- Что?

- Это ты тогда:

- Снайперу помешал? Не: Это тебя мой вестовой за ухо дернул. Ты и повернулся вовремя.

Второй пошел к выходу, а Первый: Первый вдруг подумал: <И как мне найти тебя, Господи, в следующий раз?>

Второй остановился у самой двери, оглянулся и шепотом, почти молча, ответил:

- Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Понял, майор?

- Кто это сказал? - шепотом спросил Первый.

- Я, - и солнце замерло на мгновение, горы шевельнулись и море пошло вспять.

И хлопнула дверь.

От хлопка майор Исмаилов и проснулся. Причем, проснулся, уже вставая на ноги. Тело - оно быстрее мозгов работает. Сон сползал медленно, но майор уже понимал, что сработала сигналка, и что <эти> идут: И совсем далеко, где-то по задворкам сознания, пробежала мысль: <Господи, пронеси!>.

<Отож!> - откуда-то издалека донесся тихий смешливый голос.

- К бою! - крикнул майор, но автоматные затворы клацали и без приказа.

Стучащему - да откроется:

Свежему козьему мясу потом радовались целый день.

Пока коза не кончилась.

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

Для тех кто не любит читать, а любит слушать
ivakin-alexey.livejournal.com

Почему ты обманул меня?

Почему ты обманул меня?

Помнишь, как ты целовал меня на перроне, помнишь? Я прятала лицо в твоих ладонях - мокрых ладонях, от моих слез мокрых. Помнишь, что ты говорил мне? Ты обещал вернуться.

Почему ты обманул меня?

А что ты шептал мне ночью? Алмазное небо улыбалось нам щербатым месяцем, трава кололась сквозь покрывало. Помнишь? Ты обещал мне. И ты обманул меня.

Ты не вернулся. А я все еще жду.

Почему ты обманул меня?

Твой поезд исчез за горизонтом. А на плече моем исчезал след от твоих губ. Медленно исчезал. Я его гладила, а он исчезал. Я и тебя гладила - и ты исчез. Ты обещал:

Ты обманул меня.

Но я все еще жду тебя, и буду, буду, буду, буду ждать!

Когда ты вернешься?

Знаешь, а ты сегодня шевельнулся во мне. Так бывает, когда женщина любит. А знаешь, он будет похож на тебя. Нет, ты не знаешь. И не узнаешь. Потому что ты - обманул меня.

Я скажу ему правду. Я расскажу - каким ты был, пока не уехал. А пока я буду его носить. Осторожно носить. Ведь он - единственное, что осталось мне от тебя. Ты никогда не узнаешь - каково это, беречь жизнь, подаренную любимым. Ты не узнаешь:

Мне не спится без тебя. Кого же мне обнимать? Мокрую подушку?

Мне надо научиться улыбаться, но я не хочу улыбаться не тебе. Почему ты не вернулся? Ты же обещал:

Твою карточку я ношу с собой. Когда мне трудно - я смотрю на тебя. Очень боюсь ее потерять. Потому что знаю - если я ее потеряю, ты не вернешься никогда. Нет, ты и так не вернешься, но если я потеряю карточку - это уже навсегда. Насовсем. Понимаешь? Нет, ты не понимаешь: Мужчины не умеют понимать. Они умеют уезжать и не возвращаться. А еще они умеют умирать.

Знаешь, у нашего сына родится мальчик. Слишком много девочек вокруг. А как жить девочкам без мальчиков? Кто нас, девочек, целовать будет? Кто будет уходить и: возвращаться? Кого мы будем ждать?

Я - жду тебя.

Ты не вернешься, я знаю. Ты обманул меня. Я это сразу поняла. И тогда, ночью, я понимала, что ты обманываешь. Помнишь, когда ты целовал мои мокрые щеки? Я говорила, что плачу от счастья, помнишь? Я: Я говорила правду. И я обманывала тебя одновременно. Потому что: Потому что.

Когда ты махал мне пилоткой из окна вагона и кричал - жди меня и я вернусь! - я уже не верила тебе. Я знала, что ты не вернешься.

Между нами - время. Тоскливое время одиноких ночей. Тягучее время. Зеленое время. Где ты? Снег ли падал на твои глаза, листья ли заметали твое тело?

Между нами - пространство. Огромное, как континент. Бесконечное, как война. Где ты? В какой ты сегодня стране лежишь?

Между нами - война. Багровая, злая. Где ты, хороший мой?

Ты знаешь, внучка скоро родит. И я пойду искать тебя. За небом, за землей, за войной. Я пойду по шпалам той железной дороги, по которой ты уехал от меня.

Почему ты обманул меня?

Почему ты не вернулся?

Я устала ждать.

Я иду к тебе.

------
Никогда не дерись со стариками. Старик слишком слаб чтобы драться, так что он тебя просто застрелит

да я и сам лихорадочно озирался в поисках укромного уголка, когда мой взор вдруг остановился на весьма привлекательной молодой женщине, которая сидела на мягком пуфе, потягивая какой-то напиток. Посмотрел на ее пальцы - колец нет, посмотрел кругом - нет ли вблизи ее какого-нибудь исполненного собственнических чувств мускулистого молодца. Никого. Одна из милых мне черт Америки - вы можете подойти к незнакомке и представиться, не опасаясь, что она лишится чувств от ужаса. И я не стал мешкать.

- Привет, я - Джерри Даррелл.

- Знаю, - сказала она. - Я Ли Макджордж.

- Чем вы занимаетесь? - спросил я. <Хоть бы не ответила, что помолвлена с одним из профессоров и обручальное кольцо находится в чистке>.

- Научными исследованиями, - сказала она.

- И что же вы исследуете?

<Хоть бы не ответила - психологию, или ядерную физику, или исторические драмы второй половины XVII века:>

- Я изучаю общение животных, во всяком случае такова тема моей докторской диссертации.

Я ошалело воззрился на нее. Назовись она дочерью индейского вождя и марсианки, и то я не был бы так поражен. Общение животных во всех его видах

- предмет, безмерно интересующий меня.

- Общение животных? - тупо молвил я. - Вы подразумеваете всякие эти свисты, хрюканье, писк и прочие звуки, при помощи которых животные общаются друг с другом?

- Грубо говоря - да. Я проработала два года в поле на Мадагаскаре, изучала звуки, издаваемые лесными обитателями.

Я пожирал ее глазами. Конечно, она была хороша собой, но сочетание привлекательности с изучением общения животных делало ее в моих глазах чуть ли не богиней.

- Не уходите, - сказал я, - сейчас я наполню наши стаканы, и вы расскажете мне про Мадагаскар. Мне еще не доводилось там бывать.

Следующие два часа мы говорили про Мадагаскар и с жаром обсуждали тему общения животных.
Пусть наши взгляды не во всем сходятся, говорил я себе, во всяком случае у нас, двух млекопитающих, так сказать, нет проблем с общением.

Когда часы пробили десять, хозяин встал и объявил, что наступило время обеда. Я думал, что обед подадут в его доме, однако выяснилось, что мы все отправимся в какой-то ресторан. Выяснилось также, что только Ли знает дорогу к сему водопою, а потому ей было поручено возглавить кортеж на своем автомобиле.

- Отлично, - твердо произнес я, - поеду с вами, чтобы мы могли продолжить нашу беседу.

У Ли была маленькая машина, почему-то полная сухих листьев и собачьей шерсти, и мы тронулись в путь, сопровождаемые развеселой профессорской компанией с Марго где-то в середине кортежа. Увлеченные своей дискуссией, мы не заметили, как Ли повернула куда-то не туда и мы катаемся по кругу, увлекая за собой доверчивых ученых мужей. В конце концов нам все же удалось найти нужную улицу, и с опозданием в полтора часа мы прибыли в ресторан, где нас встретили с весьма кислыми минами. За обедом мы с Ли продолжали дискутировать, и около двух часов ночи она отвезла меня в мой мотель.

Проснувшись утром, я не особенно удивился, обнаружив, что малейший поворот головы сопровождается болевыми ощущениями. Стараясь не шевелиться, лежал и думал о Ли. Точно ли она такая умная или это показалось мне под влиянием спиртного? Красива несомненно, но как насчет интеллекта? Я позвонил доктору Элисон Джолли, видному знатоку природы Мадагаскара и поведения лемуров.

- Скажи мне, Элисон, ты случайно не знаешь девушку по имени Ли Макджордж?

- Как же, знаю - Дьюкский университет.

- И какого мнения ты о ней? - Я затаил дыхание.

- Ну, я отнесла бы ее к числу самых одаренных исследователей в области поведения животных, с кем я сталкивалась за последние годы.

Следующую проблему было не так легко разрешить. Может ли рассчитывать на успех у молодой симпатичной девушки тучный седой мужчина, по возрасту годящийся ей в отцы? Человеку, в чьи сети попадались млекопитающие на всех континентах, эта задача казалась неразрешимой. И тут вдруг я сообразил, что обладаю одним уникальным свойством: у меня есть зоопарк. Из чего следовало, что надо заманить Ли на Джерси и показать ей мое единственное достояние. Но как сделать это, не посеяв в душе девушки мрачных подозрений? Несколько дней я ломал голову над этой проблемой, потом меня вдруг осенило, и я взялся за телефон.

- Алло, это Ли Макджордж?

- Да.

- Говорит Джерри Даррелл.

- Знаю.

- Как вы догадались? - опешил я.

- Среди тех, кто может мне позвонить, вы единственный обладатель английского акцента.

- О, - отозвался я, пораженный логикой ее умозаключения. - Ладно, как бы там ни было, у меня две хорошие новости. Первая - получен грант, который позволит построить так необходимую нам лечебницу.

- Чудесно, - сказала она, - замечательно.

Я сделал глубокий вдох.

- Вторая новость - одна старушка, член нашего Треста, скончалась, великодушно завещав нам некую сумму. Обычно, когда люди жертвуют деньги Тресту, они указывают, на что их следует потратить, но в данном случае мне предоставлено самому решать этот вопрос.

- Понятно, - сказала Ли. - И что же вы собираетесь с ними сделать?

- Hо, если вы не забыли, я говорил о своем желании оборудовать кабинет для изучения поведения животных и приобрести звукозаписывающую аппаратуру: Что было совершенной правдой.

- И вы хотите использовать на эти цели завещанную сумму. Прекрасная идея, - с жаром произнесла она.

- Ну, не совсем так, - ответил я. - Сумма не так уж и велика, однако достаточна, чтобы провести предварительные исследования и решить, может ли из этой идеи что-то получиться.

Вот я и подумал: не использовать ли эти деньги: на то, чтобы пригласить вас на Джерси, где вы могли бы меня консультировать. Как вам такой вариант?

- Замечательная идея, - медленно произнесла она. - Но вы уверены, что хотите, чтобы я консультировала вас?

- Совершенно уверен, - твердо сказал я. - При вашем опыте лучшего консультанта не найти.

- Что же, я была бы только рада, однако могу приехать лишь после окончания семестра.

И Ли приехала, вооруженная тяжелым магнитофоном, и провела на Джерси полтора месяца. Как я и ожидал, она была в восторге от моего зоопарка и от работы, проводимой Трестом. На исходе полутора месяцев я не без трепета спросил, не согласится ли она выйти замуж за меня, и Ли, к великому моему удивлению, согласилась.

Я по природе скромный человек, однако чрезвычайно горжусь одним совершенно уникальным достижением. А именно: история не знает другого человека, за которого вышли бы замуж ради его зоопарка.

Annotation
Эта книга - уникальное свидетельство из первых рук. Это откровенный и циничный рассказ немецкого Scharfschutze (снайпера) - безжалостного профессионала, на счету которого 257 жизней советских солдат, - о самых неприглядных сторонах войны на Восточном фронте. В июле 1943 года молодой пулеметчик Йозеф Оллерберг был ранен под Ворошиловском. В госпитале он решил поэкспериментировать с русской снайперской винтовкой, которая случайно попала ему в руки. Через несколько месяцев он вернулся в свой полк подготовленным стрелком и навсегда поменял воинскую специальность. В дни, когда гитлеровцам приходилось непрерывно отступать под непрекращающимися ударами Красной Армии, Оллерберг стал одним из самых успешных немецких снайперов. В числе немногих рядовых солдат Вермахта он был удостоен такой высокой награды, как Рыцарский крест. Мрачные, душераздирающие воспоминания этого человека свидетельствуют об ужасающей жестокости войны на Восточном фронте, в которой не было места ни рыцарству, ни состраданию. Сам Оллерберг полностью соответствовал этой войне - был хитер и безжалостен, умел выжидать и обладал почти животной способностью ориентироваться на поле боя. Он уцелел в самых страшных испытаниях, но заплатил за выживание чудовищную цену, превратившись в законченного убийцу.
gramotey.com

РАЗДВОЕНИЕ

Мальчик, мальчик,
Долго ль до наших?
Где линия фронта?
Дядя, не знаю.
Я просто мальчик.
Маму убили.
Папку убили.
Меня не убили.
Мальчик, мальчик,
А где здесь напиться?
В селе есть солдаты?
Дядя, не знаю.
В колодце сестрица.
Были солдаты.
Сестрица в колодце.
Меня не убили.
Мальчик, мальчик,
Есть ли тряпица?
Дядя, не знаю.
Флаг деда прятал.
Флаг с сельсовета.
Деду убили.
Меня не убили.
Мальчик, мальчик,
Что же нам делать?
Как же нам дальше?
Дядя, я знаю.
Дальше - оврагом.
В сумерках выйдем.
Меня - не убили.

Тихо в степи.
Сатанеют кузнечики.
Двое лежат
В ожидании ночи.
Жаль, полнолуние.
Впрочем, прорвутся.
Мальчик не плачет.
Плачет разведчик.

begle.livejournal.com

Алина Кюрчева, трясясь от пробирающего до костей холода и чудовищного страха, вышла из клуба лишь тогда, когда из поселка на дорогу выехала колонна грузовиков с бронеавтомобилем во главе. Побелевшие от напряжения руки все так же крепко сжимали рукоятку пистолета. Красные от слез глаза девушки цепко следили за высокой фигурой американского офицера соскочившего с подножки бронеавтомобиля. Медсестра узнала этого человека. Но Майкл Пауэлл не узнал ее.. . Взгляд офицера был пуст и бездонен.
- Не... не троньте ее.. . Ми... мины... - Алина не признала свой голос. Дрожащий, хриплый. Этот голос одернул Пауэлла, и он бессильно замер выставив пред собой руки. Замер в сантиметре от тела изувеченной девочки, госпитальной сестры. - То... товарищ Пауэлл...
- Алина, опусти пистолет.. . Опусти. - Девушка вздрогнула всем телом, когда ее руки коснулось что-то влажное.. . Измазанная кровью и грязью повязка на руке Измайлова вынудила девушку опустить, а затем и отпустить оружие. - Лейтенант тебя не понимает...
- Я понимаю.. . - Трясущейся рукой, стянув с головы каску, американец посмотрел на инженера. Животный страх овладел Измайловым, и он невольно шагнул, назад ища в себе силы не закричать. Пред лицом советского командира стояла сама Смерть. Седовласая, с иссеченным шрамами лицом, безжалостная, кровожадная и жестокая смерть, обличенная в человеческую форму...

События того дня отложились в моей памяти лишь редкими, неясными отрывками, словно частичками забытого с рассветом сна. Кошмарного сна.. . Пред глазами изредка всплывают ужасные картинки наполненные кровью и болью. Смерть окружала меня, и я был наполнен смертью. Лишь одно видится четко - желание убивать. Жестоко, болезненно, медленно убивать, упиваясь видом чужой крови, хлещущей из ран.. . И я убивал. Сначала стрелял, а потом рвал голыми руками, резал ножом.. . Убивал, и убивал, и убивал!.. Потом пала тьма. Остался лишь голос. Одинокая фраза издалека: "Тяжелый груз ты несешь, парень... "
Сознание ко мне вернулось не скоро. Очнулся я, как узнал потом, лишь спустя сутки. Пробудившись, я обнаружил себя в несколько неожиданном месте - в маленькой, одноместной больничной палате. Весь был в бинтах и пластырях. Совершено измотанный и морально опустошенный. Не сознавал я, что со мной случилось и почему, да и плевать на это было - настолько пусто было на душе.

а я никого не удивлю да, вспомнив беркема и глеба боброва? ))
тыц - http://lib.rus.ec/b/96878
и тыц - http://lib.rus.ec/b/146520

Originally posted by dobermanvgg:

а я никого не удивлю да, вспомнив беркема и глеба боброва? ))
тыц - http://lib.rus.ec/b/96878
и тыц - http://lib.rus.ec/b/146520